Но с чего, интересно, принц так…
Смотрю на него. Атириан побледнел, и без того тонкие губы стиснуты в линию. Различаю заметную дрожь в пальцах. Но не могу понять – это он от возбуждения или недовольства? Запах возбуждения есть, гнев – тоже, и такое ощущение, что злится он…
На меня.
Ууу, как все плохо-то… Слишком нетипичная реакция, особенно если учесть, что я выполнял его же приказ. Слишком…
Это насколько же он выбит из колеи, что не может даже этого скрыть?!
Нет, хоть режьте меня на пыточном столе, принц что-то знает о ней. И его по каким-то причинам не устраивает ее близость ко мне. Не хотел же он отдавать ее мне в игрушки - но отдал! Такое ощущение, что он одновременно надеется, что я преуспею, и опасается того же.
Но что такого я могу от нее узнать?
Или – о ней?
...Пожалуй, есть повод при возможности покопаться в личном архиве его высочества.
Пока же непринужденно кланяюсь, хотя самого едва не колотит. Если бы я бил ее не магическим кнутом, а обычным, было бы хорошо видно, как у меня дрожат руки.
- Как прикажет ваше высочество.
Можно собой гордиться. Горло сжимается, но голос звучит ровно, разве что чуть хрипит.
Атириан собой владеет хуже.
- И убери свое животное отсюда, - сквозь зубы цедит принц, сжимая кулаки. – Не желаю, чтоб она видом своей низменной крови оскорбляла наши высочайшие взоры.
И вдруг, вопреки собственным словам, снова подходит к ней, сжавшейся в комок, дрожащей всем телом. Его губы едва шевелятся, шепота не слышно. Но я чуть изменяю положение, чтобы лучше видеть. И отчетливо читаю по легким движениям холеных губ:
«…упрямая ослица. Я думал, хоть он заставит тебя кричать».
Принц резко отворачивается и уходит прочь. Я остаюсь стоять столбом. Девчонка бессильно оседает вниз. Я в последний момент механически дергаю поводок – только песка в свежих ранах не хватает! – и она заваливается на бок.
Что. Это. Было?!
Я проговаривал про себя слова принца, таща за собой девчонку на поводке. Они были нитью, позволявшей мне не только не думать о пленнице, но и не чувствовать. Потому что мне должно быть плевать на то, что она еле идет. На то, что глухо всхлипывает при каждом шаге. На то, что по ее тщедушному полуобнаженному телу, которое она кое-как прикрывает обрывками рубашки, прокатываются самые настоящие судороги – не то от боли, не то от страха. Потому что я - палач, а здесь нас могут увидеть и лакеи, и прихлебатели принца, и не только его...
...Упрямая ослица… Хоть он заставит тебя кричать…
Принц ее знает.
А она при виде него от ужаса едва не превратилась в недееспособную идиотку. Даже меня она так не боялась.
И ее слова тогда – «ты не заставишь меня кричать»… Получается, не мне она их говорила? Переживала что-то из прошлого? И это что-то связано с нашим наследником престола?
Неужто посмела отказать будущему самодержцу? Не знала, кто он – или знала слишком хорошо?
А принц с каких вообще времен обращает внимание на тощих замарашек?! У него ведь совсем другие вкусы.
Но ведь девчонка – не простолюдинка… Не джиарка и на эссийку не похожа. Так где он мог ее встретить?
Не складывается! Как ни крути – не складывается! Атириан Сейджский мог заполучить любую женщину, никто бы не интересовался, добровольно или силой. Он мог бы и собственноручно ее запытать, если так уж приспичило! Но по кой-то демон ее направили к нам. И принц, зная об этом, ничего не сделал. Да и сейчас велел мне забрать «свое животное».
Может, ее не должны связать с ним?.. Но почему? Какое кому дело, кого принц тащит в постель?
Во что я ввязался? Это личное дело его высочества или государственное, раз ее надо «разговорить», и поручено это моему ведомству? И кем – принцем или еще неизвестным кукловодом?
А главное, если он знает, кто она, почему не сказал хотя бы мне, не дал зацепок, дополнительных указаний?
Я заставил мчащиеся мысли притормозить. Пока верной стратегией будет затаиться. Для выводов мало исходных данных, я получил пока лишь одну ниточку…
И какой ценой!
Чуть поворачиваюсь, боковым зрением вижу, как она ковыляет – совершенно механически, на подгибающихся ногах, еле успевая за мной. Лицо искажено болью. Взгляд при этом совершенно отсутствующий и пустой. На миг наши глаза встретились, и я ощутил морозное дуновение…
Нет, ваше высочество, сегодняшней выходки я вам по гроб жизни не забуду!