Или же некими корыстными целями.
- Ты в своем уме, детка? – жестко спрашиваю я. – Я не из тех, кто хочет, чтобы его ждали дома с горячим ужином. Мне нужна лишь тишина и покой. Я тебе не потерявшийся щенок, чтобы заботиться обо мне и подкармливать. Советую найти другое приложение для своей болезненной тяги помогать кому попало, а еще лучше – поберечь силы на будущее. Я остаюсь палачом. В том числе и твоим палачом. Выторговать что-либо для себя таким образом у тебя не выйдет, даже мимолетного снисхождения можешь не ждать. В любом случае, наше совместное пребывание под одной крышей весьма скоротечно и так или иначе вскоре закончится. А что будет потом, неведомо даже твоему Гитосу.
Она слушала молча, опустив голову, только вздрагивала, когда я хлестал словами, как кнутом, напоминая нам обоим прописные истины.
Вот только слез мне не надо!
Хотя если вместе с ними из этой хорошенькой головки выльются и лишние мысли – на здоровье.
- Недавно сам обиделся и сказал, что не только пытать людей умеешь, - подняв на меня свои невозможные синие глазищи, тихо сказала Аи. – А теперь опять вспомнил о том, что палач? И что я такого сделала? Всего лишь оставила чистую посуду, приборы и нетронутую еду, которой для меня одной все равно слишком много. Так ведь это совсем не сложно. Я бы сделала то же самое для любого, кто по воле Гитоса живет со мной в одной комнате и часто не успевает поесть, Вседержитель учит нас думать о чувствах и нуждах другого человека. Ты палач, да, но ты ведь при этом и человек, или сам об этом уже забыл?
Ну да, забыл. Про Гитоса твоего с его нравоучениями я забыл!
Дышит учащенно, смотрит на меня с обидой и вызовом… Совсем обнаглела.
- Не голоден – не ешь, я могу вынести поднос в коридор. Не хочешь есть со мной – достаточно сказать об этом, я не напрашиваюсь. Но я не понимаю, не могу понять, почему ты так злишься из-за проявления самого обычного внимания к ближнему. Что в этом дурного? Что этим можно выторговать? И если на то пошло… - горькая, совсем не детская усмешка на губах, – то потерявшийся щенок здесь – я.
Вот чтоб тебя, Аи.
Мне нечего ответить, чтобы при этом не начать вдаваться в крайне интимные подробности. Не в пошлом смысле, а в самом что ни на есть прямом. Потому что это личное. После смерти матери я очень долго привыкал к мысли о том, что больше никому не нужен. Заботу был готов принять максимум от нашей поварихи, которой уж точно от меня ничего не требуется. А тут эта… чистая душа…
Жмурясь, потираю переносицу.
Второй раз за день меня лихо умывает почитательница Гитоса. Куда катится мир…
Я ведь просто… испугался. Испугался того, что за всем этим могут скрываться какие-то иные чувства, крайне лишние, абсурдные в данной ситуации. Но если это лишь проявление ее великой веры в Гитоса…
Да нет, тоже бесит, если честно. Было бы приятнее, если бы она старалась именно ради меня.
И это же было бы очень плохо. И то, что от этого мне было бы приятнее, тоже очень плохо. А как было бы хорошо – что-то я сходу и не соображу.
Совсем запутался… Впервые не могу разложить по полочкам собственные чувства.
Пока я задумчиво общался с собственным внутренним миром, девчонка изрядно подрастеряла проповеднический пыл. Выражение моего лица, видимо, способствовало.
- Я все уберу, - она поднялась из-за стола и потянулась к подносу.
Желудок мгновенно возмутился, отрезав мне пути к отступлению и возможность сохранить хотя бы гордость.
- Я не говорил, что не голоден, - хмуро бросил я.
Всплеснула руками.
- Тебя не поймешь, - срывающимся голосом сообщил этот не в меру заботливый источник хаоса в моей размеренной жизни, после чего сердито покинул комнату.
- Кто бы говорил, - вполголоса огрызнулся я ей вслед.
И ходит тихо, не понять, то ли уже в ванной, то ли стоит за дверь и слушает, чего еще я поведаю миру…
Аппетит я считал утраченным ровно до тех пор, пока не поднял крышку на посудине с говядиной.
Ужин умял в рекордные сроки, что абсолютно не помогло мне разобраться в себе. Но кажется, все сводилось к тому, что я надумал невесть что и устроил бурю в стакане воды. Теряю хватку.
А все потому, что вовремя есть надо и больше спать. Ну, ничего, сегодня у нее есть эта волшебная свеча, авось и мне нормальный отдых перепадет.
Ммм, хорошо-то как на сытый желудок… даже в туалет идти лень, хотя надо.
Интересно, что она там столько времени делает?
Помяни черта…
Зашла, шлепая по полу босыми ногами, принеся с собой едва уловимый запах ромашки. Демонстративно не обращая на меня внимания, прошествовала к своей корзинке. Даже не верится, что каких-то несколько дней назад она так меня боялась…