Лисия едва удержалась, чтобы не фыркнуть презрительно. Конечно, их учили смирению. И только она знала, как Матушка это ненавидит. Лишь Лисии та говорила, с каким удовольствием отменила бы практики, унизительные для одаренных магически девочек. Девушка знала также, что Матушке несдобровать, если кто-то из других наставниц, учениц и уж подавно — чародеев — узнает об этих разговорах.
Так что она смолчала и покорно проследовала в каюту. Надо же, как преобразился чародей — высокомерную небрежность как ветром сдуло. Что-то всерьез его разозлило. Неужели боится, что Лисию может смыть за борт речной волной? Или так не нравится, что на нее пялятся матросы? Вон, оставил ей свой плащ, чтобы не расхаживала в его обновке.
Спрашивается, зачем надо было покупать ей такой наряд и заставлять тут же надеть? Надо наконец избавиться от него, пока маг не передумал и не выгнал ее на палубу без своего плаща.
Лисия переоделась в последнее чистое платье из Обители. Села на лежак. Встала, выглянула в иллюминатор. Села обратно. Тоска зеленая. Предстояло как-то убить время до вечера.
Тут ее начало клонить в сон. Она сообразила, что спала сегодня только полночи. Вот и достойное занятие! Лисия расположилась на лежаке, свернула плащ мага под голову и мгновенно уснула.
А когда проснулась, в каюте царила полная темнота. Из-за двери доносилось только поскрипывание мачт да позвякивание такелажа. Вот это Лисия дала! Просопела аж до ночи.
Зато теперь сна ни в одном глазу. Еще и есть хочется зверски. Эрдан обещал накормить на корабле, но ей перепали только заморские сласти на рынке.
Едва она подумала о еде, как в ноздри ударил запах хлеба и сыра. На столике лежал сверток, источавший сей дивный аромат. Лисия схватила его, развернула тряпицу, живо умяла еду. Надо же — Эрдан позаботился о ней! Наверно, принес пищу, увидел сонную пленницу и не стал будить, просто оставил в каюте. Теперь запить бы…
На краю столика она обнаружила кружку, вставленную в специальное углубление и плотно завинченную крышкой. Разобравшись наощупь, как ее извлечь и открыть, Лисия напилась. Тут и стульчак пригодился по назначению. И здорово, что в стену каюты были вмонтированы краник с водой и маленькая угловая раковина.
Сытая, выспавшаяся, почти довольная жизнью Лисия опять встала перед проблемой — а чем же заполнить время. А что ей мешает сейчас прогуляться по кораблю, дать волю любопытству? Лорд наверняка видит десятый сон. Матросы тоже, лишь один или двое дежурят у руля.
Девушка открыла дверцу и тихо юркнула наружу. Сияние луны слабо подсвечивало палубу. Лисия подкралась к борту и залюбовалась мерцающей рябью на воде. Она ни разу не видела реку ночью. Да еще такую огромную, как Лард.
Насмотревшись, принялась тихо бродить по палубе, стараясь, чтобы палубные доски не скрипнули. Вдруг нога провалилась в пустоту. Лисия еле сдержала вскрик.
Глава 14
Она чуть не упала в открытый под ногами люк. Опустившись на корточки, девушка заглянула внутрь. В лунном свечении ей удалось разглядеть веревочную лестницу, уходившую в недра корабля. А еще снизу доносились голоса.
Бессонница, любопытство, азарт сделали свое дело. В Лисии взыграл дух авантюризма. Она приподняла юбку и полезла в люк. Аккуратно нащупывая канаты «ступенек», она спустилась по лестнице в трюм.
Впереди мерцал тусклый красноватый свет. Лисия пошла прямо на него, прислушиваясь. Похоже, она забрела в матросский кубрик. Экипаж еще не спал. Мужчины трепались промеж собой на сон грядущий, точно так же, как девчонки в Обители.
Вот только разговоры у них были вовсе не девичьи.
— Не поверите, братцы! Только я спустил в нее, как эта ненасытная тигрица опять на меня набросилась. У меня, ясен пень, не стоит, я уж перекурить собрался… А эта ведьмища ляхи-то раздвинула и трется об меня своей мохнаткой, да все к ладони подбирается, норовит, чтобы я туда ей пальцами всунул. Куда деваться… Вставил сначала один… Как в колодце потонул. Второй вставил. Ну вообще ни хрена не почувствовал, а она все мычит — еще! Ну я давай третий впендюривать… а потом… бл…ть, мужики, вот не поверите, кулак в ее ма…де утоп, вот что твой поплавок, когда сом клюнул!
Матросы разгоготались как стадо коней. Лисия ни слова не поняла, лишь одно осознала — разговор о том самом, что она видела между Хадрасом и Риммой… о совокуплении. Но что конкретно описывал этот грубиян — осталось для девушки загадкой.