Тяжелое дыхание обоих, тихие постанывания девушки, влажные причмокивающие звуки непристойных ласк… Все звучало приглушенно, словно сквозь толщу воды или пелену тумана.
И вдруг, как удар барабана посреди тихой томной мелодии, раздалось громкое хлопанье крыльев. Эрдан моментально подскочил и обернулся, занеся руку для магического удара.
В ужасе и стыде Лисия смотрела на большого нетопыря, влетевшего в окно. Летучая мышь опустилась на пол и превратилась в фигуру крупного, немолодого мужчины. В свою очередь тот ошеломленно смотрел на Эрдана и совершенно голую девушку в кресле.
Маг опустил руку и грязно выругался.
— Какого беса, Долман? Кто вас сюда звал?
Незваный гость поклонился.
— Простите, милорд Верган. Я пытался послать ментальный зов, но вы были закрыты. Потому осмелился потревожить лично. Дело не терпит отлагательств. Принцесса Гералия сбежала из дворца.
Глава 50
В первый миг Лисия просто не осознала услышанного. Ей было неимоверно стыдно от того, что кроме… Эрдана — она не могла называть его иначе — еще один мужчина, совершенно чужой и посторонний, увидел ее не просто обнаженной, а раскрытой в самых потаенных женских местах.
Едва маг поднялся, как она дернулась в кресле, вжалась в мягкую толстую обивку и свернулась в клубок, стараясь закрыться. Пришелец по имени Долман смотрел на нее, как прикованный, не отводя глаз, и тем еще сильнее смущал девушку.
Не-Эрдан разгневанно свел брови к переносице и встал ровно между гостем-нетопырем и Лисией, загораживая ее от взгляда чужого мужчины. Тот смущенно поднял взгляд и поклонился.
— Еще раз прошу прощения, милорд.
Тот, кого чужак назвал Верганом, сунул руку в карман брюк, извлек оттуда платочек и невозмутимо вытер губы. По спине Лисии пробежали мурашки, когда она сообразила, от чего он их вытер. И что чужак тоже прекрасно это понимал.
Ее хозяин ответил с невозмутимым спокойствием:
— Все в порядке, Долман. Вы правильно поступили. Я активировал кольцо для дрессировки разумных животных, а его побочный эффект — блокировка ментального зова. Моя вина, что я не озаботился использовать связной артефакт, чтобы оставаться на связи для вас. Слишком долго мне не приходилось использовать кольцо. Рассказывайте, что с Гералией.
Визитер заговорил, больше не пытаясь коситься на Лисию:
— Прошлым вечером ее высочество повздорила с одной из фрейлин и выгнала всех, заявив, чтобы больше не смели показываться ей на глаза. Ситуация типичная для принцессы, потому никто ничего не заподозрил. Утром фрейлины ждали, пока у Гералии сменится настроение и она вызовет их. Но ни она, ни ее служанка Селина не показывались из спальни. Селина любимица принцессы, и когда у ее высочества плохое настроение, фрейлины справлялись о ее состоянии именно у служанки.
— И? — нетерпеливо спросил чародей. — Как вышло, что о побеге не узнали до самого вечера?
— Когда ее высочество не вышла к обеду в трапезную залу, наш дознатчик забеспокоился. Он выяснил, что ночью принцесса уехала в компании служанки и лорда Лейса — своего фаворита. Карета направлялась в загородное имение Лейса. Дознатчик не заподозрил неладного. Принцесса и ранее выезжала на несколько дней к своему любовнику. Но все же отправил туда агента, чтобы не выпускать Гералию из вида. Агент доложил, что поместье пустует. Вся троица скрылась в неизвестном обличье и направлении. Я послал вам ментальный зов… и не получил отклика. Тогда я взял на себя смелость отправить трех магов по следу беглецов. После чего решил осведомить вас лично.
— Похвально. Но вам потребовался целый день, чтобы раскрыть обман Гералии. Я недоволен, Долман.
До Лисии наконец начало доходить, что перед ней — Верховный Маг собственной персоной. Он будто изменился на глазах. Куда девалась нарочито-маслянистая ласковость, с которой он кружил вокруг нее, обрабатывал ее тело?
Сейчас она видела его таким, каким впервые узрела в Обители: жестким, собранным, готовым к броску хищником.
Пришелец склонил голову.
— Готов принять любое наказание, милорд.
— Разберемся позже. Сейчас нужно отыскать, нагнать и вернуть назад Гералию с ее прихвостнями.
Верховный Маг повернулся к Лисии. Произнес сухим, командным тоном, в точности как говорил с Бакотой полчаса назад:
— Можешь вернуться к себе. Я приду за тобой, как освобожусь.
Никаких «моя девочка», даже по имени не назвал. Стесняется присутствия подчиненного? Ну так не стеснялся же, когда тот застал его между ног голой девушки. Или ласковые слова для него непристойнее развратных деяний?