Развод стал точкой невозврата, который очень сильно повлиял на меня и мой институт семьи. Раньше я верила в то, что люди любят друг друга до конца своих дней, а ссоры – это лишь средство разрешения споров и конфликтов. Но чем старше я становилась, тем напряженнее становились отношения родителей, а когда настал момент разговора по душам, я узнала, что теперь буду жить только с мамой на ее Родине.
Думаю, именно в тот момент моя жизнь рухнула, и я почувствовала себя брошенным ребенком. Никого не интересовали мысли и чувства подростка, потому что каждый был занят своей личной жизнью.
Но даже несмотря на это, мое сердце всегда рвалось обратно в Сербию к папе. Знаю, он всегда рад меня видеть и слышать, но с каждым годом между нами словно возводилась невидимая кирпичная стена недопонимания. Наши взгляды друг на друга стали неловкими, разговоры сводились лишь к погоде и планам на день, и только мои летние каникулы, которые я каждый год проводила у него, помогали нам наверстать упущенные время и общение.
И так из года в год. Десять месяцев телефонных звонков друг другу отдаляли нас, а совместное лето снова сводило вместе.
Подойдя к окну, снова слежу за людьми на территории особняка, и, в отличии от прошлого раза, сейчас их куда больше. Они все вооружены до зубов, а их взгляды напряжены, словно даже в кустовых розах они способны увидеть угрозу. У каждого в руке блестит сталь оружия, а под пиджаками виднеются бронежилеты.
Несмотря на яркое солнце, чьи лучи пробиваются сквозь окна прямиком в комнату, чувство тревоги не покидает меня.
Снова.
Сев на кровать, позволяю тревожным мыслям расползтись по моему телу в виде мурашек. Несмотря на изысканный дорогой интерьер, я хочу сбежать отсюда как можно скорее. Сменить локацию, оказаться как можно дальше от зверя, которого язык не поворачивается назвать человеком.
Похоже, в груди того, кто объявил войну моему отцу, вместо сердца вставили покрытый плесенью камень.
Потеряв счет времени, не замечаю, как засыпаю чутким сном, раскинув руки на кровати, а когда слышу отчетливый стук по двери, подпрыгиваю на месте и, разрезая воздух, несусь к выходу из комнаты.
Открыв дверь, вместо служанки, натыкаюсь на цветастую рубашку и скрещенные на груди мужские руки.
– Как дела, принцесса? – с нахальной ухмылкой спрашивает тот, кто похитил меня из такси посреди бела дня. – Не хочешь расправить крылья на улице, пока Амадео заканчивает встречу со своим компаньоном? Или, быть может, хочешь пригубить настоящего вина? Слышал, вчера ты устроила облаву на погреб Амадео? – мужчина присвистнул, явно насмехаясь надо мной. – Удивительно, как он еще не убил тебя за это.
На слова мужчины закатываю глаза и тяжело вздыхаю.
И это не остается незамеченным.
Ухмыльнувшись, он придерживает для меня дверь и приказывает выйти в коридор.
– У меня нет склонности к алкоголизму, – выходя из комнаты, сдуваю с лица прядь волос. – Судя по тому, сколько там было алкоголя, его придется пить беспрерывно в течение десятка лет не только ртом, но и задницей.
– Иди вперед, принцесса, – мужчина не обращает внимание на мою колкость и кивает в сторону лестницы в конце коридора. – Думаю, Амадео уже ждет тебя на втором этаже…
Глава 5.3
Не успевает он закончить, как я уже несусь в сторону лестницы, придерживая подол летнего платья. Мои ступни утопают я мягком ворсе ковра до тех пор, пока я не настигаю первой ступени, но не успеваю спуститься вниз, как на полпути меня останавливает грубая хватка мужчины на моем предплечье.
– Погоди, принцесса, – говорит он, утягивая меня в сторону.
Пригвоздив меня спиной к стене, он нависает надо мной грозной фигурой, закрывая своими широкими плечами почти все пространство. Если бы не адреналин в крови, я бы уже давно испугалась, но нервное напряжение играет свою роль и теперь я в ответ смотрю на мужчину с тем же вызовом.
– Ты можешь дерзить мне и кому угодно, даже своему отцу. Но не ему, – мужчина тычет пальцам в сторону лестницы, явно намекая на своего друга. – Амадео не тот человек, который прощает проёбы. Даже таким утонченным красавицам, как ты. Неважно, женщина или мужчина, старик или ребенок – он уничтожит любого, кто попытается осквернить его репутацию.
– Я так и поняла, – отвечаю сдержанно, впитывая каждое слово мужчины. – Я увидела достаточно, что понять, что из себя представляет твой Амадео пошел он к черту Ламбарди.