Выбрать главу

   ИГРУШКИ

   - Бабуль! Баба Света! - Маришка потеребила повариху сзади за юбку.

   - Тихо, стрекоза! - окоротила девчушку та, продолжая тщательно отмерять чайной ложкой темную жидкость из медицинской склянки.

   - Ну, чего тебе? - необъятное тело поварихи, наконец, колыхнулось, разворачиваясь к любимице.

   - Баба Света, - это бром? - Маришка указывала пальчиком на литровую склянку, из которой ежедневно подливалось в отдельно стоящие тарелки. Только в две из четырнадцати, зато каждый день, без исключений.

   - Бром, - Бесхитростно подтвердила повариха и, спохватившись, нахмурилась, - А кто тебе сказал?

   - Дядя Гена, когда чужому дяде объяснял. - Призналась Маришка, - А бром нужен, чтоб детишки не рождались? По-моему, это неправильно.

   Челюсть у поварихи отпала. Она забавно застыла с открытым ртом, затем спохватилась:

   - Хочешь мороженого?

   - Ага, - обрадовалась Маришка, мгновенно переключаясь.

   Мороженое в их поселке большая редкость. Сюда его если и привозят, то крайне редко. Да и к кому его возить? Население поселка - мужчины и женщины от сорока и старше. Детей, кроме шестилетней Маришки здесь нет. Есть еще солдаты, но они в поселок почти не ходят. Их казарма за шлагбаумом. Забавное слово веселило - словно шла-шла и "гбаум" по голове полосатой палкой - мол туда не ходи. За шлагбаум Маришке нельзя и остальным тоже. Странно? Нисколько, если знать, что поселок номерной, строго секретный. Маришка появилась здесь полгода назад. Официально дети здесь не приветствовались, но для нее сделали исключение. Вернее, не для нее, а для отца. Он работал в проекте уже три года и считался незаменимым специалистом. А Маришка с мамой жила в большом и шумном городе, до того дождливого дня, когда в садик за ней никто не пришел. Всех детей разобрали, а она осталась со сторожихой, и все ждала маму, прилепившись носом к оконному стеклу, по которому ручейками стекала вода от зарядившего с обеда осеннего дождика. Мама все не шла и не шла. "Наверное, выбирает куклу", - думала Маришка. Еще утром она выпросила у матери куклу и та, опаздывая на работу, пообещала вечером заехать за ней в садик с подарком.

   Сторожиха пару раз позвонила домой заведующей, затем поделилась с Маришкой ужином и уложила девочку спать. Утром воспитательницы перешептывались, глядя на Маришку. Слышались слова: "Погибла... разбилась на машине". Что такое "погиб", она уже знала. У них во дворе кверху лапками валялся дохлый голубь. Оттягивая от него любопытную Маришку, мама так и сказала: "Голубь погиб". В то, что с мамой могло что-нибудь случиться, Маришка не задумывалась, просто ее нет и все. Как будто она уехала в командировку на два дня. Так иногда бывало.

   Из садика Маришку забрала тетя Наташа, мамина подруга. Весь вечер она все причитала, то и дело обнимая девочку. Маришке это не очень то и нравилось, потому что в эти моменты ее отрывали ее от игры с Лёшиком, сыном тети Наташи. Через день прилетел отец. Он был крайне озабочен и все никак не хотел поиграть с ней. А потом были похороны. Многие, кругом, плакали и Маришка вместе с ними. Через неделю поехали на работу к папе. В городе с ней сидеть было некому, вот отец и забрал ее с собой.

   Поселок Маришке понравился. В отличие от города, где многого нельзя - здесь у нее оказалась сущая вольница. Она могла ходить куда вздумается, и у всех взрослых находилось для нее время. Их дети жили далеко, здесь не бывали, и шестилетняя девочка стала для всех общей дочкой-внучкой. Ни детского сада, ни школы в поселке не предполагалось. Ученый люд чуть не передрался, составляя расписание занятий для единственной ученицы. Они были забавными, эти взрослые тети и дяди. За их серьезным видом легко угадывалась безграничная доброта. И если Маришке становилось скучно выводить палочки или склеивать непослушные буквы в слоги и слова, она легко переключала внимание учителей на другие сферы. Достаточно было спросить о чем угодно и, прежде строгие преподаватели, с жаром рассказывали о диковинных животных, объясняли, почему летает самолет и жила ли на свете Баба Яга. Безвинный вопрос о Змее Горыныче выливался в лекцию о доисторических ящерах и динозаврах. Ей выписали с Большой Земли велосипед, ролики, соорудили качели, хотели сделать песочницу, но Маришка отказалась. Что она, как малышня, станет лепить куличики? Она уже взрослая и вокруг столько интересного. Еще в первую неделю она исследовала весь поселок: и котельную, и клуб с библиотекой, и многое другое. Но больше всего ей нравилось бывать в лабораторном корпусе, где работал отец. Сотрудники там ходили в голубых рубахах навыпуск, широких штанах и с шапочками на головах.

   Сначала ее не пускали туда, но она схитрила, что ей позарез необходим отец, бывший в то время на смене. Отец вышел к ней озабоченный. Он тоже не хотел, чтобы дочка заходила внутрь, но Маришка проявила настойчивость и уже вскоре, вслед за отцом, попала в здание. А там.... Там, в больших комнатах, за стеклом, сидели люди, только в зеленых рубахах и штанах.