— СТОЯТЬ! — слышится где-то со стороны. — Минар! Ты что делаешь? — Его вездесущий брат смотрит на нас с издёвкой.
Хотя да, мы наверняка выглядим комично.
Отключаю двигатель.
— У меня дела! — повторяет он свою, судя по всему, любимую фразу и ёрзает на мотоцикле, стараясь устроиться поудобнее.
— Всё-таки решил взять? — хмыкнул братец. — Нии́лтки надоели? — смотрит на меня с тем же презрением.
Да на что он намекает? Нечего, сейчас этот Минар всё объяснит, и я уеду.
Вопреки моим ожиданиям этот псих зачем-то снимает с меня шлем, кладёт свои руки мне на живот и притягивает к себе.
Святой Миталин! На что я подписалась?!
— Вы что делаете? — возмутилась я.
— Новенькая, — говорит он, уткнувшись мне в волосы.
— Мне противно смотреть на это! — сказал Нинар, изображая рвотные позывы.
Я, стиснув кулаки, терплю окончания спектакля, пока этот чокнутый играет с моими волосами.
— Ты уйдёшь уже или хочешь присоединиться? — спрашивает он, посмотрев на брата.
— Вы собрались уезжать — избавьте меня от своего общества.
Я приняла эти слова за сигнал «беги» и быстро завожу малыша, уезжая, прихватив этого ненормального с собой.
Мама, куда несёт меня моя дрянная жизнь?
Нечего, 500 тысяч — можно потерпеть. 500 тысяч — это огромные деньги. Вот получу оставшуюся сумму и со спокойной душой буду жить. И почтой буду заниматься только ради удовольствия. Чтобы вечером посмеяться над человеческой глупой любовью. И в конце концов, ничего ужасного не произошло. Подумаешь, маленький спектакль для брата. Только вот почему он скрывает реальную причину? Стыдится, что попросил помощи у меня? Нет, бред, почтальоны для того и нужны, чтобы оказывать помощь. Да, не такого рода помощь, тем не менее.
— Останови мотоцикл! — говорит он мне прямо в ухо. От чего я вильнула вправо. Тут же привожу его просьбу в исполнение. Но не потому, что он попросил, а от того, что я испугалась падения.
— Ты что творишь?!
— Мы уже на «ты»? Ах, да! Не обольщайся, это всего лишь игра, чтобы усыпить бдительность брата, — говорит он, слезая с мотоцикла. А меня выворачивает и трясёт от злости.
— Мы не можем поехать на этой тарантелке!
— Чего? Тарантелке? Да мой малыш лучше всех!
— Других таких же тарантелок, возможно.
— Хорошо! Можете возвращаться. Я еду своей дорогой. — Демонстративно тянусь к ключу зажигания.
— 250 тысяч верни. Или ты думаешь, что я заплатил такие деньги за десятиминутную поездку на развалюхе?
250 тысяч! Могу ли я расстаться с ними? Нееет! Мы уже прикипели друг к другу душой и телом.
— И чем вам не понравился мой малыш?
— Всем! — безапелляционно заявляет он.
— Вы странный человек.
— Сейчас мы пойдём и возьмём новый мотоцикл. На машине границу не перейти?
— Тяжело, — отвечаю я. Он понятливо кивает.
— Купим мотоцикл.
Этот чокнутый зачем-то хватает меня за руку.
Хочется спросить, а он останется мне?
— А новый мотоцикл?… — начала было я.
— Он будет мой, и за рулём буду я! — тащит меня на себя. Я поддаюсь и встаю с малыша.
— Я малыша тут не оставлю.
— Оставишь. После дела заберёшь.
Глава 9 (Роза)
В дом вхожу с какой-то беспочвенной опаской. Меня никто не встретил, и от этого стало ещё более странно.
— А я вообще по адресу приехала?
Дом сделан в тёмных тонах, с высокими сводами. Габаритами не отличается от нашего, но мне будет трудно привыкнуть к тёмной, чуть мрачной атмосфере дома.
— Если, конечно, это тот дом…
— Здравствуйте! — прозвучало откуда-то со стороны.
Поворачиваюсь на голос и вижу девушку, нии́лтку, лет шестнадцати, в светло-зелёном платье, которое совершенно не вписывается в атмосферу дома.
— Здравствуй.
— Ты Роза? — улыбаясь, подходит ближе.
Прерывисто киваю. Судя по тому, что она назвала меня неформально, значит, не служанка.
— Я Миндар. Вы жена моего будущего брата? — Я недоумённо поднимаю бровь с родимым пятном.
— Ой, простите! Я волнуюсь, — смущённо сказала она, прикрыв улыбку рукой. — Вы будущая жена моего брата?
— Судя по всему… вашего брата зовут Ренарт? — всё же решила убедиться я.
— Да, Ренарт! — радостно кивает она.
— А я могу его увидеть? — Мне не терпелось узнать, каков он. Не было сил теряться в догадках. Разочарует или удовлетворит мои ожидания этот человек?