Гек захрипел, захлебываясь. Глаза его вылезли из орбит, посиневшее лицо исказилось гримасой мучительного удушья. Он бешено забился, пытаясь оторвать стальную хватку, ноги судорожно били по липкому полу, но Тэвиш лишь сильнее впивался в шею.
- ГЕК! ОТПУСТИ ЕГО! ОТПУСТИ!
Лукас заорал на стене, его голос сорвался на исступленный визг. Он рванулся вперед, невзирая на ножи, впившиеся в предплечья, и свежие потоки крови хлынули из ран. Его тело дергалось в истерике беспомощности. Глаза, полные слепого ужаса и ненависти, впились в Тэвиша.
- ТВАРЬ! ОН ЖЕ НИ В ЧЕМ! ОТПУСТИ!
Тэвиш лишь усмехнулся скрипучим, надтреснутым смехом, глядя, как корчится Гек.
- Видишь, Лукасик? Вот так… затыкают дерзких щенков.
Еще секунда и Гек начал терять сознание, хрип превратился в булькающее мычание. Тогда Тэвиш с силой рванул руку и швырнул Гека в сторону, как мешок с тряпьем.
Тот ударился боком о каменный фундамент камина с глухим звуком. Воздух вырвался из его легких свистящим всхлипом. Он остался лежать на боку, скрючившись, судорожно хватая ртом воздух. По лицу струились слезы. Каждое дыхание давило под ребрами, пронзая грудь острой болью, но сознание не отпускало - лишь затуманилось красной пеленой.
- Никогда не смей мне дерзить! - Тэвиш выпрямился над ним, его единственный глаз пылал сумашедшием. Он пнул безвольное тело Гека уже без особой злобы, скорее для порядка.
- Только я решаю кто из вас сдохнет первым! Я! Только Я!
Наверху, на балках, каждое движение Айрин казалось пыткой. Каждое движение, как победа над падающим в бездну сознанием. Еще чуть-чуть. Не упасть. Только не сейчас. Хочу, чтобы это прекратилось.
Лезвие ее ножа скребло по толстенному, просмоленному канату, держащему люстру. По капле. По волокну. Руки не слушались. Мир плыл. Но она пилила. Сквозь боль в руках. Сквозь звон в ушах. Сквозь накатывающую тьму.
Гек откашлялся после удара, выплюнув сгусток крови и слюны. Каждый вдох резал ушибленные ребра, но он втянул его, как последнюю надежду. Глаза, залитые смесью пота и крови, уперлись в балки над головой. Там, в клубящейся полутьме, Айрин, прижавшись щекой к шершавой балке, пилила ножом толстенный канат. Каждое движение ее руки выглядело мукой, судорожным рывком, преодолением падающей тьмы. Осталось чуть-чуть. Сердце Гека колотилось, как пойманная птица, в такт скрежету лезвия по пеньке.
Главное - не дать ему замолчать. Пусть орёт... Пусть злится. Главное - выиграть время.
- Слышь… - голос его сорвался от слабости, - а может… лучше себе уши отрежешь? Чтоб уж совсем не понимать… кто тебя допекает? А то… ты больно обидчив.
Тэвиш вздрогнул, как ужаленный. Его единственный глаз, метнулся от Лукаса, корчащегося на стене в немой агонии, к Геку. Тело Гончего дернулось неестественно резко, плечи бешено затряслись. Он взвизгнул, голос сорвался на петушиный крик, полный оскорбленной ярости:
- Ты хочешь проверить, на сколько кусков я тебя порежу?! Не испытывай моего терпения, дерьмо человечье! Не надейся быстро сдохнуть, я только разогреваюсь!
- Терпение? У тебя? - он фыркнул и закашлялся, - да ты терпелив… как блохастая падаль на короткой цепи! И воняешь точно так же.
- ХВА-АТИТ! - рев Тэвиша сотряс воздух, заставив капнуть свечу с уцелевшего подсвечника, - МОЛЧАТЬ! Я - твоя СМЕРТЬ! Я - БОГ!
- Бог? - Гек закашлялся от смеха, - Ха… Разве у богов бывает один глаз… да ноги в дерьме по щиколотку?
Тэвиш взвыл воплем, полным бессильной ярости. Он забегал по залу, как зверь в тесной клетке - от пригвожденного Лукаса к Геку и обратно. Босые ступни шлепали, оставляя кровавые отпечатки. Лицо его корчилось гримасами - то бешенство, оскалившее желтые зубы, то детская обида, искривившая рот.
Вдруг он замер посреди зала. Голова неестественно наклонилась. Сияющая пустота глазницы уставилась куда-то в пространство над Геком. По губам, обветренным и потрескавшимся, поползла широкая, нездоровая ухмылка. Что-то щелкнуло в его безумии. Запах? Шорох? Шестое чувство палача?
Время вышло. Мысль пронзила Гека, холодная и четкая сквозь туман боли. Последний шанс. Финальный выпад. Он втянул в легкие весь гнилостный воздух зала, наполненный стонами и страхом. В груди что-то хрустнуло, но он распахнул рот, вкладывая в крик всю оставшуюся силу, всю ненависть, все презрение к этому изуверу:
- СЛЫШЬ, ПСИНА ОДНОГЛАЗАЯ! Ты там всё пальцы считаешь, а сам…с одним глазом торчишь, как недоваренный судак! Ты хоть знаешь сколько пар глаз на тебя глядит прямо сейчас?! Или… только кровь в носу разнюхал? - Гек задохнулся, горло сжало спазмом, но он выкрикнул, разрывая связки, - иногда чтобы выжить, вонючей псине надо не только нюхать… НО И СМОТРЕТЬ ПО СТОРОНАМ! ОСОБЕННО НАВЕРХ!