Они быстро добрались до конюшен, где лошади тревожно всхрапывали, чуя недоброе. Мидас, держа ребёнка, старался не шуметь, а Лукас, стиснув зубы, прижимал к себе Гектора.
Но удача отвернулась от них - в темноте мелькнула фигура стражника. Его факел осветил непрошеных гостей и Айрин ощутила, как каждый волос на теле встал дыбом.
Стражник, заметив незваных гостей, вскинул факел, пытаясь осветить их лица, но Айрин, скользнула в сторону, увернувшись от яркого света. Отчаяние и ярость придали ей сил.
Она схватила вилы, которые приметила сразу же как вошла в конюшни и бросилась вперёд. Её движения были стремительными и точными - острия вил вонзились в живот мужчины и стражник, не успев вскрикнуть, рухнул на землю. Его тело, падая, ударилось о ведро и грохот разнёсся по округе, словно набат.
Из тени выскочил второй охранник, застыв на мгновение при виде товарища в луже крови.
- Диверсанты! - завопил он, хватая рог у пояса, но Айрин, метнувшись из-за стойла, вогнала вилы ему под ребра. Его крик захлебнулся хрипом.
Совсем рядом пронзительно зазвучал сигнальный колокол. Его звон, подобно стае воронов, разлетелся по улицам. Топот бегущих ног становился всё ближе - солдаты, привлечённые криками, спешили на место происшествия.
Времени не оставалось. Айрин схватила руку Мидаса и потянула к стойлам. Лукас, не теряя ни секунды, взвалил Гектора на другую лошадь. Мидас, одной рукой удерживая ребенка, другой вцепился в гриву скакуна.
Лошади, чуя опасность, рвались вперёд. Они неслись по улицам, перепрыгивая через баррикады и огибая патрули. Стрелы, свистя, проносились мимо, оставляя в воздухе смертоносные росчерки. За их спинами нарастал гул погони - крики солдат, лай собак, звон металла.
Мидас, сжимая челюсти, пытался удержать ребенка, который начал просыпаться и всхлипывать. Айрин, управляя лошадью одной рукой, другой прижимала к себе Мидаса, чтобы тот не упал. Лукас, с трудом удерживая бесчувственного Гектора, молился, чтобы брат не пришёл в себя.
Они мчались сквозь ночь, оставляя за собой шлейф пыли и страха. Городские улицы, казалось, сами пытались их остановить - то стена преградит путь, то патруль перекроет дорогу. Но они проскальзывали между ловушками, уворачиваясь от смерти, которая дышала им в спину.
На выезде из города их ждал очередной патруль. Закованные в броню всадники преградили путь, их копья блестели в предрассветном тумане. Стрела, пущенная из арбалета, впилась в плечо Лукаса, заставив его вскрикнуть от боли. Рука разжала поводья и раненный, сидящий впереди него, опасно покосился.
- Мы должны добраться до леса! - крикнула Айрин, пришпоривая коня.
Лошади неслись по дороге, копыта выбивали дробь, смешанную с хриплым дыханием преследователей. Айрин пригнулась к шее скакуна, ее взгляд приковался к спине стража, который еле держался в седле, прикрывая спиной раненного брата. Тот - слабое звено. Сильно ранен, коварен и ненавидит ее. Из него выйдет отличная приманка.
- Держись левее! - крикнул Лукас, пытаясь маневрировать лошадью, чтобы избежать стрел.
Его конь петлял, сбивая прицел лучников, но Айрин видела, как парень теряет силы, в попытке удержать брата, который клонится вбок и не упасть самому. Его кровь с подола плаща капала на землю, словно метки для погони.
Шип под кожей дрогнул. Сбрось обузу и погоня отвлечется. Без лишней мысли Айрин рванула поводья, подрезая путь Лукасу.
- Сбрось его! - заорала она, наклоняясь так близко, что почувствовала запах его ярости, - он нас задержит!
- Отвали! - Лукас резко развернул лошадь, заставив её коня вздыбиться. Стрела просвистела у самого уха, вонзившись в землю.
Она не отступала. Один толчок - и он рухнет под копыта солдат.
Пришпорив скакуна, Айрин поравнялась с Гектором. Ее рука потянулась к его плечу, но Лукас, будто угадав ее намерения, заставил лошадь резко дернуться вправо, оттесняя ее к краю дороги.
- Не надо! - голос Мидаса перекрыл вой ветра.
Айрин оскалилась. Лукас рванул поводья, уводя лошадь в сторону.
- Ненавижу твои игры, - бросила она в пустоту, прежде чем пришпорить коня вдогонку.
Она снова поравнялась с лошадью братьев. Ее нога с силой ударила Гектора в бок. Лукас в последнее в мгновенье ухватился за него слабеющей рукой.
Он увернул лошадь, дрожа от ярости и боли. Мерзавка!
Но Айрин не остановилась. Второй удар, более сильный, сбросил раненого Гектора на землю.
Лукас, не в силах оставить брата, отчаянно рванул поводья, пытаясь развернуть коня, но потерял равновесие и чуть не слетел с седла. Погоня была уже близко. Всадники Шегера, рыча, набирали скорость.