***
Лукас и Гектор пробирались сквозь чащу, где воздух пропитался кисловатым запахом гниющей листвы и затхлой земли. Чем дальше, тем сильнее въедалась в легкие сырость, смешанная с резким ароматом плесени, а под ногами хлюпала вязкая грязь, цепляясь за сапоги. Гектор, опираясь на плечо брата, хрипел от боли, упрямо стискивая зубы. Лукас вслушивался в треск веток под своими шагами, пытаясь не споткнуться о скользкие корни. Кровотечение из плеча почти прекратилось, но ноющая боль сильно беспокоила, сковывая движения.
Они остановились на краю глубокого оврага и Гек от усталости осел в листву. Лукас присел на корточки, проводя пальцами по земле.
Следы копыт, едва заметные под слоем опавшей листвы, вели от самого края.
Борозды. Лошадь тормозила стремительно. Затем убежала в сторону города. Еще следы двух людей. Значит седоки пошли пешком.
- Нам надо вниз, - задумчиво произнес он, - справишься?
Гектор прислонился к дереву, пытаясь перевести дыхание. Его рука сжимала повязку на груди, пропитанную кровью.
- Справлюсь… - процедил он, но голос дрожал, выдавая слабость.
Они начали спуск, цепляясь за корни и острые выступы камней. Лукас шел первым, выбирая путь, Гектор следовал за ним, спотыкаясь и срываясь на рыхлой земле с камнями. Каждые несколько шагов Лукас останавливался, чтобы брат мог отдышаться.
- Скажи, как почувствуешь, что не можешь идти.
- Я… все… в порядке, - Гек дышал очень тяжело и громко.
Лукас заметил, как лицо Гектора стало пепельно-серым, а пальцы дрожали, едва удерживаясь за выступ. Он рванулся подхватить брата, но сапог соскользнул с покрытого слизью камня.
Лукас кубарем полетел вниз. Ветви остролистника впивались в руки, лицо, а камни и корни рвали кожу на спине. Перед тем как всё погрузилось в тишину, он услышал хруст и почувствовал резкий запах крови.
- Лу… Лукас! Проснись! Проклятый Анфи, чтоб его бесы покусали!
Лукас открыл глаза. Казалось каждая кость в теле треснула от удара, в висках пульсировала тупая боль. Лицо жгло от порезов, кровь стекала на шею, а раненое плечо горело, будто в него вонзили раскаленный клинок. Гектор, бледный и дрожащий, сидел рядом, прижимая к его ране клочок разорванного плаща.
- Ты как? - прошептал Лукас, пытаясь подняться и застонав, снова лег.
- Я-то жив. А ты… зачем отъелся как боров на командирском довольствии? Еле тебя доволок.
Лукас впервые за долгие годы расхохотался от души, хотя боль тут же пронзила виски. Гектор тоже усмехнулся, но смех перерос в кашель.
Он, стиснув зубы от пронзающей боли в ребрах, с трудом приподнялся и окинул взглядом бескрайнее дно оврага, заваленное обломками камней и переплетенными корнями. Подняв голову, он увидел над собой почти отвесный склон, поросший мхом и остролистником, - непроницаемую стену, отрезавшую путь к свету. Удивительно, как он не убился.
Гектор, обессилев, прислонился к валуну, его рана снова сочилась.
- Держись, - Лукас встал, шатаясь, и потянул брата за собой.
Следы вели дальше. Сломанные ветки, примятая листва, угольки костра, еще теплые. Лукас наклонился, касаясь пепла.
- Они были тут недолго и ушли совсем недавно, - его взгляд рыскал меж деревьев, выискивая новые следы, - повсюду столько зацепок… Найд не может не знать, как маскироваться.
Гектор грузно осел у потухшего костра и хмыкнул:
- Зачем ей намеренно оставлять следы. Ловушка?
Лукас кивнул, разглядывая царапины на коре.
- Не для шегерцев. Она уверена, что мы выжили… И ведет нас туда, где считает, что будет преимущество. На восток.
- Мы туда и направляемся.
- Но она-то об этом не знает.
Лукас усадил брата поудобней и поправил сочащуюся повязку. Несмотря на головокружение, Гектору было гораздо хуже. Он потерял много крови.
- Передохни немного. Я осмотрюсь, - произнес Лукас, замечая, как в то же мгновенье закрываются глаза брата от усталости.
Им обоим нужен отдых.
Лукас встал, осматриваясь. Среди зарослей вдалеке он заметил гроздья мелких ягод кислянки. Их терпкий запах витал в воздухе. Заметил следы и царапины на коре. Найд постаралась.
Рядом, под старым дубовиком, нашел мелкие грибочки с золотистыми шляпками, безопасные в сыром виде. Дальше между раскидистым остролистником и зарослями крапивы Лукас обнаружил цветки кровостоя. Белые неприметные цветы с толстыми листьями, чей сок затягивал раны, остролистник, крапива - ему несказанно повезло найти столько полезных растений одновременно. В лесах Гримфа кровостой встречался очень редко и больно ценился у знахарей.