Чуми резко вскинул голову. Его ротик раскрылся в беззвучном крике, маленькое личико исказилось первобытным ужасом. Липкие от ягод пальцы впились в плечо Мидаса.
- Это заклинание слежения! - голос Мидаса сорвался на крик, заглушаемый нарастающим гулом.
Паника, липкая и холодная, обрушилась на поляну. Гектор рванулся вверх, но рука Лукаса, как стальной капкан, впилась в его плечо, удерживая от бессмысленного броска. Сам Лукас вжал голову в плечи, инстинктивно прикрываясь. Его шрам пылал под рукавом, отзываясь на небесный гул пульсирующей болью.
БА-БАХ!
Гром обрушился не сверху, а со всех сторон сразу, будто небо сжалось в кулак и ударило по земле. Поляну тряхнуло. Сухие стебли под ногами превратились в пыль. Столетние сосны закачались, сбрасывая груз хвои.
И тут же налетел вихрь, подобно живой, злобной силе. Он вырывал кусты с корнями, швырял комья земли и гнилушек, рвал одежду, слепил глаза песком и листвой. Воздух гудел магическим набатом - низким, давящим, проникающим в кости, в мозг, в самое нутро. Казалось, само небо ополчилось на них, стало их преследователем.
Айрин, отброшенная взрывной волной к сосне, вскочила. Ее глаза, еще секунду назад полные немого шока от шрамов, теперь метали молнии чистой, ледяной ярости. Она не смотрела на небо - ее взгляд оглядывал чащу, опушку, дрожащие под натиском вихря камыши болот.
- Я думала, почему нет погони! - ее голос прорезал грохот, не крик, а змеиное шипение, полное горького прозрения, - Шегер использует МАГИЮ!
Она побежала в сторону болот, к зыбкой, пузырящейся кромке. Ее движение было резким, решительным.
- За мной! - бросила она через плечо, не оглядываясь, уже продираясь сквозь первые заросли камыша, которые вихрь пригибал к земле, - живо!
Лукас, стиснув зубы от боли в шраме и ярости к Айрин, рванул Гектора за собой. Тот споткнулся, лицо побелело, рана под повязкой заныла. Но инстинкт, подстегнутый небесным адом, заставил его двигаться.
- Лукас… - хрипло начал Гек, но брат перебил, толкая его вперед по следам Айрин.
- Потом!
Мидас, прижимая беззвучно орущего Чуми к груди, метнулся за ними. Его лицо исказилось ужасом, глаза бегали по небу, где клубки светящихся туч сплетались в чудовищные узоры. Он спотыкался, падал на колени, поднимался, бежал снова, бормоча обрывки заклинаний, которые тут же срывал и уносил вихрь.
Айрин вела их напрямик, туда, где вода казалась чернее ночи и пузырилась особенно яростно. Она не шла, а скользила по едва заметным кочкам. Ее тело извивалось между острыми стеблями камыша, будто она знала каждый клочок этой предательской земли.
- Куда?! - Лукас едва не увяз. Его сапог с хлюпом ушел в черную жижу по щиколотку. Он вырвался, чувствуя, как холодная грязь обжигает кожу, - мы же утонем!
Айрин обернулась на мгновение. Ее лицо в призрачном свете неба было похоже на маску ярости и отчаяния. Разноцветная грива металась по плечам, капли грязной воды стекали по щеке, смешиваясь с потом.
- Тут быстрая тропа! - ее слова были отрывисты, как удары кинжалом, - через центр! Идите шаг в шаг! Смотрите только вперед!
Она шагнула на большую, покрытую ряской кочку. Кочка качнулась, но выдержала. Под ней что-то огромное и темное шевельнулось, заставив воду забурлить. Запах серы ударил в нос, едкий и смертельный.
- Ты сошла с ума! - Гектор схватился за бок, его дыхание стало прерывистым, свистящим, - я не пойду!
- Шаг в шаг! - Айрин рявкнула на него, тяжело дыша, - глаза только вперед. Не слушайте, не смотрите по сторонам! Двигайтесь!
Она прыгнула на следующую кочку, еще более шаткую. Мидас, белея, последовал за ней, прижимая ребенка, который затих, уткнувшись лицом в его шею, дрожа всем телом. Лукас толкнул Гектора вперед.
- Иди! Я за тобой!
Гектор, стиснув зубы до хруста, шагнул. Кочка под ним прогнулась, черная вода с жадным чавканьем облизнула сапог. Он замер, балансируя, лицо исказила гримаса боли и страха. Лукас прыгнул следом, схватив брата за руку, чтобы не упал. Их взгляды встретились - ненависть, ярость, усталость, но и что-то еще. Голый инстинкт стаи перед лицом небесной погибели.
Айрин была уже впереди, ее силуэт мелькал в мерцающем тумане и свете безумного неба, ведущий их по тонкой нити над кипящей бездной. Болота вокруг заурчали глубже, зашипели. Пузыри лопались громче, обнажая на миг черные провалы, откуда тянуло ледяным смрадом древней гнили. Зыбь под ногами дышала, волновалась, будто огромное спящее чудовище действительно просыпалось под ударами магического грома.