— Понятно. — Тихо сказала Лилия — Спасибо, что объяснил, Никса, а то ведь я раньше считала, что их всех нужно ненавидеть и беспощадно уничтожать. С лехтани я как-то смогла примириться, а вот как мне теперь примениться с этим чёрным злом, даже не знаю.
Ник улыбнулся и сказал девушке:
— Ты сумеешь, Лил, ты ведь не злая и в тебе нет жестокости. Это сразу видно. Только при этом не нужно забывать, что жалость порождает, зачастую, слабость. Понимаешь, всякие там садисты и убийцы, с которыми нам приходится очень часто встречаться, большие любители поплакаться, вымолить себе прощение, но только для того, чтобы потом улучить момент и вонзить тебе кинжал в спину, но в нашей профессии уже одно то хорошо, что мы всегда знаем, с кем имеем дело. Довольно часто нас посылают в бой именно для того, чтобы мы покарали некоторых тварей и они знают, что рано или поздно встретятся с нами и уж тогда пощады им не будет. Слишком много зла они причинили жителям Светлого Ожерелья, чтобы их можно было простить.
Пятеро крепких юношей, одетых в одинаковую серую робу, штаны и кирзовые сапоги, по которым в них можно было легко определить заключённых детской колонии, сидели собравшись в кружок на корточках неподалёку от здания столовой и вполголоса обсуждали свои далеко не детские проблемы. Один из них, черноволосый брюнет с бегающими глазами, усмехнулся, и с опаской глядя по сторонами сказал насмешливым голосом:
— Да, бледнолицые, зря вы опустили Принца.
Парень сидевший напротив него огрызнулся:
— Ты же сам дал нам отмашку, Индеец. К тому же этот пидор гнойный смотрел на нас, как на шваль и подбивал своих шестёрок нас отметелить. Так что не зря мы его отпетушили. Да, ты ведь и сам к его заднице приложился.
Тот, кого назвали Индейцем, кивнул головой и согласился:
— Было дело, Косяк. Мы все вляпались. А теперь слушайте, что я разузнал. Принц, оказывается, не зря понтовался. У него брательник вор в законе и его кликуха Король. Так вот, мои бледнолицые братья, нас всех теперь если не здесь порежут, то на взрослой зоне, куда мы вскоре отправимся кто чуть раньше, кто чуть позже, а потому нам нужно делать отсюда ноги и как можно скорее.
— Ну, и далеко мы убежим, Индеец? — Спросил Косяк — Без бабок, да, ещё в этих клифтах? Нас первый же мент повяжет.
Его тихим шепотом поддержали остальные и Индеец, ощерившись, сердито одёрнул своих подельников:
— Ша, бледнолицые, вождь говорить будет. В общем так, я всё продумал. Сегодня в мастерскую привезут заготовки и как только нас выведут разгружать машину, наш отряд сразу же поднимет бучу. Я забашлял Орлятам, они обещали помочь. Мы валим охранников, берём стволы, прыгаем в "Зила" и едем, но не к воротам, а пробиваем забор и берём на абордаж караулку. Она старая, деревянная и вся трухлявая, так что мы через неё прорвёмся. Валим всех, кто там окажется, хватаем ещё стволы. Во дворе за караулкой всегда стоит "Уазик", вот на нём-то мы и уедем отсюда. Те охранники, которые стерегут машину, обычно с карабинами, а в караулке мы точно разживёмся автоматами. Тем всегда штук пять вертухаев дрыхнет. Ну, а когда мы полоснём из автоматов по зданию спецчасти и по воротам, то с нами мало кто захочет связываться. Как только выедем на трассу, сразу берём первую же попавшуюся легковушку, валим в ней всех, бросаем "Уазик" и уезжаем. Тут неподалёку мой дядька живёт, он здорово задолжал моему бате, вот он-то нам и поможет.
Парень, сидевший рядом с Индейцем задумчиво сказал:
— Знаешь, Вано, если сделать так, как ты сказал, то нас даже на Луне искать станут. Во всяком случае мы не просто во всесоюзный розыск попадём, а во что-нибудь похуже. Ты об этом подумал? Ну, а поскольку мы уйдём с оружием, то нас скорее всего всех положат.
— Да, подумал, подумал, я обо всём, Серёга. — Шепотом откликнулся Индеец — Нужно за кордон уходить. Самое лучше, уйти в горы, через Зелёный Дол к морю. Мой дядька когда то в заповеднике лесником работал, пока его оттуда за то, что он женьшень тайком копал и продавал на сторону, не уволили. У него есть карта заповедника со всеми тропами, да, и я в нём каждое лето бывал, пока с вами бандюганами не спелся. В общем там нас ни одна собака не найдёт, но мы там и задерживаться не станем, доберёмся до него по той дороге, по которой лесовозы ездят, сбросим машину в ущелье, переберёмся в заповедник по хитрому дядькиному мостику и поверху, горами уйдём к морю, а там или самолёт захватим или "Комету" на подводных крыльях и в Турцию, как Бразинскасы. Их не выдали и нас не выдадут. К тому же папашу моего коммуняки расстреляли, а он даже не был уголовником, обычный цеховик. В общем решайте, через пять минут нас в мастерские погонят, а ещё через полчаса или час грузовик приедет.