При этих словах в глазах Валарестона блеснули слёзы и он быстро пошел вперёд, а пятнистый Маугли с громким мурлыканьем шествовал впереди. Он показал своим друзьям их комнаты на втором этаже и объяснил, что представляют из себя сайринахампы, после чего предложил им переодеться и спуститься вниз, в большую гостиную. Однако, Валера не приступил к объяснениям сразу и вместо этого предложил всем сначала искупаться. Последний раз он был на острове Иримиэль четыре месяца назад и потому соскучился по морским ваннам. Предложение было принято на ура, тем более, что была пятница и до самого понедельника они могли забыть Москву с её зимней слякотью и прочими неудобствами. Правда, в этих широтах тоже было не слишком жарко, всего плюс двадцать пять, а температура воды и вовсе была не выше двадцати двух градусов и потому купались и загорали они не больше двух часов, после чего вернулись под крышу.
Валарестон очень хорошо подготовился к разговору с друзьями. Он даже не поленился подготовить текст лекции на компьютере и заучить его наизусть, а потому читал её не хуже какого-нибудь профессора. Естественно, что с помощью своего анголвеуро он демонстрировал своим слушателям множество трёхмерных изображений, иллюстрирующих его лекцию, продлившуюся почти четыре часа. То, что услышали Андрей, Вика и Вовчик, произвело на них огромное впечатление и на какое-то время они просто онемели, не в силах произнести ни звука. Валарестон, закончив свой подробный рассказ о войне в Серебряном Ожерелье и странной победе обеих сторон, предложил им отправиться в столовую и только там, съев тарелку черепахового супа, Вика, наконец, очнулась и спросила юношу:
— Валерик, так ты что же маг-некромант?
Тот улыбнулся и, отставляя тарелку в сторону, сказал вполголоса, пододвигая к себе жаркое:
— Ну, вообще-то я король Эльдамира, Вика, но из всех занятий в области магии некромантия действительно привлекает меня больше всего и к тому же она даётся мне легче всего. Только знаешь, Нангвэ, можно я буду называть тебя так? На моём родном языке, который благодаря Ланнелю и Толкиену на Земле называют квэнья, это то же самое, что и Виктория, то есть Победа. — Девушка кивнула головой и Валарестон продолжил — Так вот, Нангвэ, в некромантии, как одном из разделов высшей магии, нет ничего дурного и всё зависит только от того, на что ты её направишь. Если на разрушение, то это будет зло, ну, а если на созидание, то добро. Магу-некроманту ведь вовсе не нужно никого убивать и к тому же не забывай, что существует не только заклятие энтулессе-ет-нойре, с помощью которого некромант может превратить обычного зомбака в аттеаноста, но и методики превращения свежего трупа в зомби. Некромант даже может поднять из могилы скелет, а затем довести его до состояния сначала ходячего мертвеца, а потом до нормального зомби, но не в этом главное, а в том, что такой маг способен завершить всё заклятием энтулессе-ет-феа, то есть вернуть человеку его душу, а вместе с ней и память о своей прошлой жизни. Понимаешь, Нангвэ, это то же самое, что некогда сотворил над собой Иисус Христос. Его распяли, положили в гроб, а он взял и воскрес, пройдя через энтулессе-ет-феа, и даже сохранил при этом на своём теле рану от удара копьём. Нет, некромантия это вовсе не какой-то там жуткий ужас, это классная магия и к тому же не забывай, если бы маги Остоарана не учили воинов некромантии, то жертв было бы гораздо больше и потому я очень благодарен Голониусу и даже Мираверу за то, что они были такими отличными некромантами. И к тому же только некромантия наделяет человека точно такой же силой, какой обладают эльдары и вторая жизнь человека будет такой же долгой, как и у них. Ну, говорят, что мардофеньяре будут жить почти вечно, так ведь это ещё нужно будет проверить, зато аттеаноста точно ничем не отличаются по своей жизнестойкости от нас. Я, конечно, сам этого видеть никак не мог, но зато Сэнди лично знает в Эльдамире нескольких эльдаров, которым перевалило уже за пятнадцать тысяч лет и помирать никто из них не собирается, а теперь, когда они, наконец, хорошенько отоспятся, ты их в могилу и колом не загонишь. Но я всё же согласен с Сэнди, энтулессе-ет-нойре и энтулессе-ет-феа, которые делают человека свободным аттеаноста, это крайний случай, всё-таки это не очень приятно откинуть копыта, а потом воскреснуть, куда лучше просто стать мардофеньяре, вот тогда человеку действительно всё становится по барабану и если, вдруг, его припечёт, то он всегда может спастись с помощью ваниа-эт-куиле.
Вовчик, в голове которого уже перепутались все эти термины на квэнья, не выдержал и взвыл во весь голос: