Подойдя к воротам, Али увидел ибн аль-Хусри, который сражался с жителями города и был уже на краю гибели. Зибак узнал его и понял, что тот явился в город, чтобы погубить его, и горожане напали на него. Али сказал себе: «Надо мне спасти его, может быть, он станет одним из моих друзей».
Подойдя к сражающимся, он крикнул: «Горе вам! Оставьте этого человека, не то я сделаю вас уроком и назиданием для тех, кто способен извлечь назидание!» С этими словами Али напал на них, как лев, размахивая своим острым индийским мечом. Он добрался до Хасана и освободил его.
— При чём тут индийский меч? По легендам, у тебя же был всегда дамасский меч.
Возмутился будущий наместник Египта:
— Вах, вах, вах! Подумаешь, немножко перепутал. Индийский, дамасский — какая разница? Главное, чтобы меч был хорошим.
Али сложил ладони, поклонился и его хитрющие глаза остановились на Олеге:
— Позволь мне, о благородный из всех благородных, друг и владелец меча пророка, принести мне кальян с ма-а-ленькими добавками опиума, а может и с большими, и всем вам — самого лучшего вина из запасов халифа, чтобы его очи светили нам, как луна!
Олег шевельнул бровями:
— Похмелидзе, притащи колхедского и у китайцев возьми трубку или кальян с опиумом.
Грузинский князь тут же появился:
— Ваше Прехосхводсто, извольте-с-с, всё готово.
На несколько минут зависла счастливая тишина, слышались только неспешливые глотки и мерное посапывания кальяна. Тут Олег буркнул, сам не понимая, о чём говорит, скорей всего, вспомня о ГУЛАГе:
— Дальше рассказывай, мент поганый.
Али, как восточный человек, улыбнулся, хотя ничего не понял. Кто такой мент, да ещё и поганый?
— Продолжаю, о визирь моей души! Однако вокруг них столпилось так много всадников и доблестных воинов, что Али испугался за себя из-за обилия врагов и рассказал им о том, что случилось с дочерью их царя и как он освободил её. Потом он отправился туда, где находилась девушка, привел её к царю и поведал ему, какой опасности она подвергалась. Царь и царица обрадовались спасению дочери и стали благодарить Али за его добрый поступок. Потом они все пошли в ту пещеру, где находились рабы, одурманенные банджем, дали им противоядие, и те пришли в себя. Царь приказал отвести их в город, связать и бросить в темницу, потом вернулся к себе во дворец, а вместе с ним Али Зибак и Хасан ибн аль-Хусри. От великой радости вновь увидеть свою дочь царь был готов исполнить любое желание Али и обещал ему разные награды.
Царь отвел Али и ибн аль-Хусри во дворец, приказал доставить им еды, и они поели и отдохнули. Ибн аль-Хусри попросил извинения у Али, сказав ему: «Прости и не взыщи, ведь я не знал, каков ты на самом деле». Али успокоил его и также обещал всяческие блага.
— Ты на самом деле обещал блага?
Все, кроме Олега, спросили хором. Али повернулся ушами к Олегу, не дай Аллах, этот всевидящий прочитает его мысли:
— Пообещал, пообещал… Наутро Али и ибн аль-Хусри направились в диван царя, и тот встретил их словами привета, усадил Али рядом с собой и стал благодарить и превозносить его, а потом спросил его, как поступить с теми рабами. Али попросил привести их, а когда они предстали перед царём, Али вскочил, выхватил меч из ножен и отсёк им головы, всем до одного, кроме их предводителя. Этому он отрезал нос и уши и сказал: «Иди к своему господину и расскажи, что случилось с твоими людьми».
Кровожадный Асмунд воспросил:
— А почему ты не отрезал язык и большие пальцы руки?
— Это у вас, у язычников, так принято, а у нас, у правоверных, язык должен остаться, чтобы он всем рассказывал о справедливости Закона, а пальцы — чтобы он мог себе добывать дичь, стреляя из лука. Итак, соловьи моей души, я продолжу. И тот пошёл в свою страну. Что же касается Зибака, то он уселся рядом с царём и рассказал ему свою историю от начала и до конца. Он признался, что пришел в Заколдованный город, чтобы забрать волшебный сундук, и попросил царя помочь ему. Царь ответил: «Знай, Али, что получить этот сундук очень трудно. До тебя это пытались сделать многие, но у них ничего не вышло. Но коли он тебе непременно нужен, то поедем на остров». Услышав слова царя, Али оседлал коня и пустился в путь. Ибн аль-Хусри сказал ему: «Я хочу поехать с тобой». Но Али ответил: «Нет, этого не будет, потому что тогда, если мне удастся добыть сундук, люди скажут: он сделал это с помощью ибн аль-Хусри».
С этими словами Али попрощался с ним и отправился в дорогу. Он скакал около шести дней и наконец добрался до морского берега, где было небольшое селение. Там он проспал ночь.