Задуманное Маттео неумолимо приближалось. Пора было начинать действовать, но сначала требовалось разделаться с придворным магом. Халиок всегда стоял у Маттео поперек горла — Советник не понимал, как тот умудрялся все предусмотреть. Халиок будто бы видел грядущее и почти всегда предупреждал Дагмара об опасности, если таковая реально существовала. Вот только в данный момент — Маттео знал совершенно точно — магу было не до короля. Соглядатаи исправно сообщали, что Халиок или сидит, запершись в своих комнатах, или бесцельно бродит по дворцу. Советник чувствовал, что устранить со своего пути Халиока ему не составит труда, он даже нашел исполнителя, который без лишних слов дал ему свое согласие. Убийца вот уже несколько часов исправно дежурил возле покоев Главного Советника, ожидая приказа, но Маттео все еще медлил, решая, что делать с Дагмаром. Зариан так и не смог убедить Вазгера, чтобы тот покончил с королем после его пленения. Это было досадно, но не играло решающей роли. В конце концов, можно будет использовать любого из заключенных Черного Замка, пообещав за смерть Дагмара свободу… Но короля для начала нужно заключить под стражу и лишь потом казнить подальше от любопытных глаз. Нет, найти убийцу для нынешнего короля не проблема, гораздо тяжелее завершить переворот малой кровью. Все-таки личная гвардия Дагмара верна ему и будет защищать своего короля до последнего, следовательно нужно отсечь ее основные силы и удержать их, чтобы хватило времени на расправу с теми воинами, которые находятся возле короля неотлучно. О беспорядках в городе Советник даже не думал — большинство уже было настроено против Дагмара, так что переворот обещал пройти гладко. Но дворец — это не город, здесь все обстоит гораздо сложнее. Маттео до сих пор не был уверен, что все пройдет по разработанному им плану.
Дверь приоткрылась, и в комнату проскользнул невысокий тучный слуга. То, что он появился без стука, несколько рассердило Маттео, но винить в этом нужно было только себя — Советник сам приказал незамедлительно докладывать ему о передвижениях Халиока по дворцу. Слуга подошел к столику заваленному свитками за которым сидел Маттео, и сбивчиво произнес несколько слов, из которых следовало, что маг вновь вышел из своих комнат и торопливо направился в южную часть дворца. Маттео было известно доподлинно, что там сейчас находится на дежурстве десятник Ханг. Значит, Халиок все же решился разделаться с гвардейцем, как приказал ему Дагмар. Момент оказался весьма удачным — Халиок занят Хангом, следовательно предупредить короля никак не успеет, даже если поймет, что переворот начался.
Жестом руки отослав слугу, Маттео поднялся и вышел следом за ним в коридор. За его спиной, почти тут же, как тень выросла высокая коренастая фигура в одежде гвардейца поверх которой был наброшен длинный плащ городского стражника. Советник поманил воина за собой и заспешил по коридору, на ходу обдумывая, как ему найти Халиока. Уйдя в свои размышления, Главный Советник не сразу заметил, что идущий следом за ним воин негромко, но настойчиво пытается привлечь к себе его внимание.
— Чего тебе? — недовольно спросил Маттео, даже не обернувшись. Однако тон, которым он произнес эту фразу, не произвел на убийцу никакого впечатления.
— Мне бы хотелось знать, почему вы так уверены господин, что нам удастся расправиться с магом Халиоком? — осведомился воин. — Насколько мне известно, на него совершались покушения и раньше, причем гораздо лучше подготовленные, чем это. Говорят, Халиок каким-то образом чувствует угрозу и без труда избегает рокового удара, а те, кто пытался убить его, жили после этого не слишком долго.
Маттео невольно растянул губы в улыбке, которую, впрочем, тут же поспешил стереть со своего лица.
— Почему же ты согласился? — ехидно спросил он. — Не боишься, что тебя постигнет та же участь, что и остальных?
Воин пожал плечами:
— Я не считаю вас столь же глупым, как те люди. Вы бы не стали засовывать свою голову в петлю, если бы не знали, как этого избежать, потому я вам и доверяю.
— А ты наглец… — задумчиво протянул Маттео. Ему пришлось не по нраву, что простой воин заговорил с ним подобным образом, но это же вызвало и его восхищение. — Можешь ни о чем не беспокоиться, я знаю, как укрыть нас обоих от Халиока. Он ничего не заподозрит и тогда, когда твоя стрела пробуравит в его сердце дыру, — на это у меня способностей и сил хватит, будь уверен… Только придержи свой язык, а не то…
Поняв, что Советник не шутит, воин лишь кивнул и не проронил больше ни слова, надев на лицо непроницаемую маску сосредоточенности и безразличия.
Маттео, не обращая больше внимания на своего сопровождающего, вновь углубился в размышления, навеянные этим коротким разговором. Сомнения воина были вполне понятны и обоснованны, поскольку все, о чем он говорил, было чистой правдой. На Халиока и раньше совершались покушения — это началось уже очень давно, почти сразу после восхождения Дагмара на престол. Но, так или иначе, Халиоку успешно удавалось оградить себя от любых попыток убийства, однако Маттео был уверен, что на этот раз его не спасет даже хваленое магическое чутье на всяческую опасность. В конце концов, Халиок был отнюдь не единственным, кто проводит много времени в дворцовой библиотеке. Именно там Советник некогда обнаружил несколько рукописных книг, в которых содержались несложные заклятия. Именно из этих книг Маттео почерпнул несколько заклинаний, благодаря этому ему удалось овладеть призрачным клинком, который теперь он мог вызвать в любое время, а также еще некоторыми другими вещами, среди которых была способность разыскивать нужного ему человека точно не зная, где тот находится, и умение достаточно близко подходить к любому живому существу, включая и мага, так чтобы тот до последнего мига даже не догадывался, что рядом кто-то есть. Именно на это он и рассчитывал, отправившись на поиски Халиока.
В южной части дворца Советник и воин оказались как-то незаметно для первого. Только сейчас Маттео понял, что все это время машинально пытался прочувствовать, где находится Халиок, и шел на некий внутренний зов. Вот оно как бывает — и не пытаешься человека разыскать, а оно само собой получается.
Они миновали еще один зал и, едва оказавшись за дверью, увидели Халиока. Маттео еле успел втолкнуть воина обратно за порог и спрятался сам, выжидая, пока маг отойдет на достаточное расстояние. Халиок медленно спускался по ступенчатой аркаде-галерее, которая широкой спиралью опоясывала несколько находящихся одна под другой площадок-садов, накрытых большим хрустальным куполом. Это место было излюбленным для времяпровождения городской аристократии, которая считала неприемлемым хотя бы раз в неделю не побывать в дворцовых садах. Именно поэтому стражи здесь было гораздо больше, чем в любом другом месте замка. Дагмар, напротив, избегал появляться здесь — его тяготило общество знати, и короля можно было понять: в душе он остался все тем же воином, которым он был когда-то, а потому ему претила необходимость встреч с напыщенными аристократами. Правда, и среди них попадались ничуть не кичащиеся своей принадлежностью к привилегированному классу люди, но таковых было слишком мало, и с ними Дагмар предпочитал беседовать в иной обстановке.
Маттео, стоя в дверях, внимательно следил за передвижением мага. Тот шел не торопясь, то и дело поглядывая сквозь проемы арок на прохаживающихся по дорожкам людей, которых ничуть не заботила начавшаяся где-то на границе война: для них стены Мэсфальда казались вечными и нерушимыми, эти стены были той преградой, которую враг никогда не сможет одолеть, так что незачем беспокоиться о том, что не может принести никакого вреда. В конце концов, существует регулярная армия, в обязанности которой входит защита горожан.
Советник поморщился, думая об этом. Ему точно так же, как и Дагмару, были отвратительны все эти богатенькие поганцы, которые считали себя невесть кем, хотя на самом-то деле король терпел их здесь лишь в силу вековых традиций, оставшихся еще со времен правления Варкаррана. Правда, тогда аристократия еще не превратилась в класс ничтожных, озабоченных лишь собственным благополучием людей. И в то же время Маттео понимал, что, даже когда он придет к власти в Мэсфальде, ему придется терпеть всех их точно так же, как сейчас терпит Дагмар.