— Латирис, заткнись, дай поговорить с королём Занозой. — Одёрнул некроманта, попытавшегося задать ещё один вопрос, барон Раумоторон — Ничего с тобой не случится. Этот парень и сам некромант, только будет малость получше Голониуса, как ты знаешь. Эй, Заноза, но ведь Ведьмака вроде бы того, убили?
Ник улыбнулся и ответил:
— Ты только что сам дал ответ на свой вопрос, Раумоторон. Как некроманты и я, и Ведьмак сильнее Голониуса, а потому ничего с моим другом не случилось такого, чего он не смог бы пережить. Поверь, я лично отправил Ведьмака в долгосрочный отпуск и он уже очень скоро вернётся. — Ник поднял пусковой контейнер и пояснил — А это, парень, один из подарков, присланных нам оттуда, где король Алмарон все эти годы готовился к освобождению Морнетура. Ну, что скажете, ребята, отправитесь дальше лизать задницу Мираверу или останетесь, чтобы уже через неделю встретиться со своим истинным королём? Мы не станем вас задерживать. Если кому-то нравится служить узурпатору, то вас никто не станет неволить. Мстить вам тоже никто не собирается, так как очень многие из вас были просто вынуждены подчиняться магическим приказам Голониуса, но с тех пор, как Миравер посадил его в клетку и стал сам выращивать сарнаохтаров, чары старого трупоеда сильно ослабли и вы все можете легко им сопротивляться даже без помощи наших святых отцов.
Раумоторон посмотрел на Латириса и тот подтвердил:
— Так оно и есть, командир.
Барон Раумоторон кивнул головой и громко сказал, взбираясь на подоконник и готовясь перепрыгнуть к Нику:
— Вы, как хотите, парни, а я присоединюсь к королю Алмарону.
Он мощно оттолкнулся от подоконника, перелетел через улицу, ловко приземлился рядом с Занозой и пожал ему руку. Некромант улыбнулся и крикнул:
— Я тоже присоединяюсь к твоему другу, Заноза, но прыгать к тебе на крышу не стану и другим не советую. Так ведь и шею свернуть недолго, а это хотя и не смертельно, всё же очень болезненно. Что ваш Папаша теперь намерен делать с Годдаргом? Знаешь, мы ведь как-то уже привыкли к этому городу. Столько лет в нём живём.
— Да, ничего! — Воскликнул Ник — Нормальный город. Мы его практически не повредили. Так выбили несколько десятков дверей и всё, а потому люди и дальше смогут здесь жить. Единственное, что мы сделаем, это подведём сюда по каналам воду и вырастим вокруг него мощный защитный лайкваринд. Это будет теперь временная столица короля Алмарона. Ну, и ещё мы отправим из этого города домой всех тех, кого захватили в плен сарны, а все остальные останутся здесь. Ладно, парни, вы уж тут теперь сами разбирайтесь со всеми делами, а я пойду, у меня ещё есть дела в центре. Уже очень скоро сюда прибудет подкрепление, в основном ваши ребята, морнетурцы, так что начинайте привыкать жить без Миравера и его сарнаохтаров. Думаю, что ещё пара, тройка часов и они отсюда все уберутся.
Ник был слишком высокого мнения о сарнаохтаров. Получив приказ к отступлению от одного из своих офицеров не самого высокого ранга, они рванули из Годдарга таким потоком, что очень многие генералы Миравера, посмотрев сначала на улепётывающего во все лопатки императора, а потом на бегство его самых лучших воинов, не дожидаясь того момента, когда они смогут протиснуться к сарнасельмам, развернулись и пошли в обратную сторону, сдаваться. Самая широкая улица, ведущая от императорского дворца вниз, была полностью свободна от сарнаохтаров и пока те толпами мчались из императорского дворца и его подземелий на площадь, маршал Крабанон и маршал Сугурэн, поймав какого-то лакея в чёрной с красным ливрее, вручили ему белый флаг сделанный из пики и простыни, построив повзводно чуть ли не целый полк генералов и старших офицеров и пошли вниз по улице Верховного мага Голониуса сдаваться.
Метров через триста они встретились самураем, одетым в малиновые с золотом доспехи, который сидел широко расставив ноги за столиком, на котором стоял золотой кувшин и три золотых же кубка. Они приблизились и Исигава Яри, сделав рукой приглашающий жест, громким голосом сказал:
— Присаживайтесь, господа, обсудим условия вашей службы истинному королю Морнетура, а не этому засранцу, бросившему вас на произвол судьбы, которому безмозглые роботы дороже вас, существ из плоти и крови, да, к тому же принадлежащих к древним благородным домами. Одно смертельное оскорбление вам уже было однажды нанесено, когда Голониус дал вам какие-то собачьи клички вместо имён, князь Полдатарон и князь Ванессендил, а теперь тот, в ком некогда текла кровь истинного короля, утеряв Силу Королей, точнее сменяв её на силу сарнаохтаров, нанёс вам ещё одно смертельное, если и того не хуже, оскорбление, показав вам свою трясущуюся от страха задницу. Негоже вам оставаться сиротами в такие тяжелые времена, и хотя вы отважные воины, вам также нужна защита короля, ну, а пока его величество король Алмарон, по прозвищу Ведьмак, не прибыл в Серебряное Ожерелье, свою защиту предоставлю вам и всем мортентурцам, оказавшимся на чужбине, я, регент всех королей Серебряного Ожерелья, сражающихся против узурпатора. Надеюсь, что защита Папаши чего-то, да, стоит в этом мире, но если вы того пожелаете, то я призову самого короля Лигуисона и он немедленно явится сюда.
Ну, уж, кого-кого, а как раз эльдара два этих старых эльдаиара были пока не готовы видеть и потому князь Полдатарон, отрицательно помотав головой, сказал присаживаясь к столу:
— Нет, регент Исигава, этого не требуется.
Князь Ванессендил со вздохом спросил:
— Так вы не требуете от нас, чтобы мы сложили оружие?
Исигава, который прекрасно знал, что из домов по соседству за ними сейчас смотрят сотни настороженных глаз, громко крикнул:
— Эй, вы, бездельники! Чем таращиться на нас через шторы, широко откройте все окна, смотрите и слушайте, да, не поленитесь вынести стулья и напитки для тех, кто был готов отдать за вас свои жизни на поле брани! Только мы не воюем ни с кем, кто родился и вырос в Хрустальном Ожерелье. Наш враг это лишь те кровожадные чудовища из числа магов-некромантов, которые служили добровольно Голониусу столь рьяно, что он и сам укорачивал их на голову, а теперь, когда узурпатор Миравер заточил его в темницу, переметнулись к нему, да, ещё эти каменные, безмозглые истуканы. У нас нет ни к кому из вас никаких претензий и вы можете ничего не бояться. Теперь вы все находитесь под защитой истинного короля Морнетура и уже очень скоро сможете проверить его на предмет наличия Силы Королей.
Слова Исигавы возымели своё действие. Окна стали открываться, а из открывшихся дверей горожане начали выносить на улицу стулья, кресла и напитки для господ военных. Миравер, расширяя Годдарг, перевёз в него из Морнетура множество женщин, детей, а также простых обывателей, чтобы тем самым заставить его жителей, способных держать в руках оружие, сражаться с врагом, если тот вздумает осадить крепость, но удар врага пришелся не на внешние стены, а на кольцо казарм вокруг внутренней стены, в которых квартировали, как селёдки в бочках, сарнаохтары. То, что удар по сарнам был нанесён с рассветом, когда большинство горожан ещё спало и он имел просто сокрушительную мощь, заставило их бежать вместе с Миравером и у того хватило ума, быстро поняв всё, спасти большую их часть бросив всех остальных жителей города. В городе было около полумиллиона сарнаохтаров и они покинули город ещё не все, Исигава Яри уже завёл разговор о том, как теперь будут жить морнетурцы без Миравера.
То же самое делали и большинство других его магов-ниндзя, но лучше всех это получалось у королей и королев, прозвища которых были у всех на устах, а также у других прославленных воинов. Они не боялись встать перед сотнями и тысячами вооруженных солдат и те, чувствуя их силу и несгибаемый дух, даже и не помышляли стрелять по ним, а спокойно слушали, что те говорили о новом короле, ну, а когда им называлось его прозвище, — Ведьмак, то любая толпа сразу же начинала громко гомонить. Морнетурцам, явно, импонировало, что силу истинного короля их мира обрёл не какой-то там выскочка, а сам Ведьмак. Исигава же, чтобы усилить давление, громко заявил: