— Князь Одакадзу, быстро организуй мне живую пирамиду.
На этот раз Одакадзу даже не пришлось подавать команды. Пятеро самых высоких парней в чёрных синоби-сёдзоку немедленно построили пирамиду и буквально зашвырнули своего короля Ронни на верх и тот, наконец, смог раскинув руки прикоснуться с широченной груди могучего туловища дракона. Одновременно с ним это сделала и королева Иримиэль. Послышались отдалённые громовые раскаты, громкий электрический треск и все восемь ног намертво приросли к двум драконьим туловищам. Король соскочил вниз и сказал:
— Парни, не уходите, мне нужно будет ещё приживить хвост, шею, голову и крылья, так что без работы вы не останетесь.
Тролли же радостно прокричали:
— Тулова королевских серебряных драконов крепко стоят на ногах, жители славного Веуроастала Второго, король Алмарон Светлый и королева Иримиэль Златовласая заложили фундамент!
Процессия прошла метров сто вперёд и двое великанов-огров, рыжебородых и одетых в сверкающие парчовые наряды, быстро приладили к туловищам драконов по шее и хвосту. Король и королева снова ловко взобрались на вершину живой пирамиды и под ещё более громкие громовые раскаты приживили и эти детали тела драконов, а огры объявили о том, что королевские серебряные драконы обрели гибкость. После этого орки, которые также были ребятами под два с половиной метра ростом, одетые почти точно так же, как и североамериканские индейцы, то есть с перьями на головах. Вперёд тотчас вышел Чарли Большое Облако со своими друзьями-вождями, одетые в наряды с куда большим количеством перьев и оба орка, обалдев от увиденного, а также от того, что им были дарованы княжеские титулы, что есть мочи завопили:
— Драконы обрели крылья, а скоро и мы взлетим вместе с ними! Радуйтесь, к вам идут настоящие король и королева!
Процессия двинулась вперёд и вскоре два зелёных гоблина (и как только двое этих парней вытерпели столько дней, когда все их морнетурские собратья уже стали бронзоволицеми) украсили спины обоих драконов золотистыми гребнями от шеи и до хвоста и известили жителей Веуроастала Второго, что полёт серебряных королевских драконов будет устойчивым. На крепостной стене тем временем просто бесновался от радости народ, а в небо с грохотом взлетали фейерверки. Пушки палили так оглушительно, что перекрыли громовые раскаты, когда король и королева прирастили к ногам драконов и кончикам их хвостов золотые когти и сердцевидное жало, которые приставили к ним гномы и объявили всем, что драконы получили смертельное оружие для всех врагов их короля и королевы. Люди, живущие в Морнетуре, а их было в нём немало, представленными магом-провидцем и графом из Вероустала, обтянули серебряные, гладкие тела драконов чешуйчатой шкурой и объявили такими голосами, что им могли бы позавидовать тролли:
— Жители славного Веуроастала Второго, король Алмарон Светлый и королева Иримиэль Златовласая одели королевских серебряных драконов в броню из чешуи, которой не страшны молнии! Настал час нашего всеобщего единения! Эльдаиары, великие князья славного Эмбер-Лимбреа-Лиэне завершите работу братских народов!
Наконец, золотые ворота открылись и князь Полдатарон из дома Мирендилов и князь Ванессендил из дома Иримаонов Вероустальских вынесли вместе с другими эльдаиарами из своего города две огромные серебряные драконьи головы с широко раскрытыми золотыми глазами. Перед платформами были поставлены два высоких и широких траппа с платформами наверху и князья водрузили на гордо вскинутые кверху шеи сначала одну, а затем и вторую голову, после чего по траппам поднялись король Алмарон вместе с королевой Иримиэль и завершили йета-ор-арану, отчего в груди драконов гулко застучали сердца, но они даже не пошевелились, что, однако, вовсе никого не расстроило и жители Вероустала Второго разразились радостными, восторженными криками. Король, однако, властно поднял руку вверх и народ послушно умолк. Он перепрыгнул на платформу к своей королеве и их величества спустились на мостовую, по пути превратив свои сайринахампы в наряды серебряной парчи. Точнее они сами сделались таковыми, после чего подошли к князьям-эльдаиарам и король Алмарон с лёгким поклоном поинтересовался:
— Ну, и когда драконы оживут, господа? Мы хотели бы облететь наш город по воздуху и приземлиться перед дворцом.
Князь Ванессендил низко поклонился и ответил:
— Вероятно, это произойдёт не скоро, мой повелитель. Драконы, рождённые вами, живы, но, видимо, нужно самое настоящее чудо, чтобы они пробудились. Говорят, что те золотые королевские драконы, которых сотворили Великий Анарон и Амиларанилосэ Прекрасная, встали на крыло только через сто лет. Поэтому давайте внесём их в город и наберёмся терпения.
Серое, маленькое косматое чудо по имени Тирумулар, которое королева Иримиэль снова держала на руках, тотчас громко тявкнуло и стало нетерпеливо ёрзать, просясь на землю. Королева немедленно спустила своего любимца с рук и он помчался по ступеням высоченного траппа, покрытым бордовой ковровой дорожкой, а король Алмарон, поняв, что именно сейчас может произойти, так как прекрасно помнил, что Тирумулар последние двое суток перед отлётом постоянно парил в столбе золотого света в храме сердца Земли и вытащить его оттуда было просто невозможно, громко скомандовал:
— Парни, быстро опустите платформу и немедленно разбегайтесь, кто куда! Просыпающейся драконы могут быть весьма опасны! Не станем попадать под их лапы и удары хвоста. Похоже, что Тимка не зря впитывал в себя свет, льющийся из Источника Силы.
Подхватив королеву на руки, он и сам отбежал к воротам, а Тирумулар тем временем подобрался чуть ли не к самому носу серебряной драконихи, громко залаял и, вдруг, превратился в огромного золотистого льва, громко зарычал, выдохнул из своей клыкастой пасти огромный сноп золотистого света и ударил дракониху по носу своей мощной лапищей, отчего та вздрогнула и попятилась, а её длинный, гибкий и мощный хвост инстинктивно дёрнулся. Золотой лев же перепрыгнул на соседний трапп и проделал то же самое с серебряным драконом, после чего спокойно развернулся и в длинном прыжке полетел к королеве Иримиэль, отчего толпа испуганно вскрикнула. Королева спокойно простёрла вперёд руки, ловко поймала маленькую, лохматую серую собачка и расцеловала её, а Тирумулар радостно облизал ей щёки и нос. Иримиэль прижала Тимку к груди, а ошеломлённый увиденным князь Ванессендил воскликнул в изумлении:
— Кто этот маленький бог, ваше величество?
Королева ответила:
— Князь, это не совсем бог, это великий Апсо Сенг Куи Тирумулар, верный слуга действительно великого бога Земли Будды, которому поклоняются миллиарды людей, и мой верный друг. — Ещё раз поцеловав пёсика, она спросила — Ну, что, Тимка, полетим в город верхом на твоей серебряной подружке или ты хочешь отвезти меня во дворец на себе, мой маленький могучий лев?
Тимка звонко тявкнул и посмотрел на дракониху, которая с любопытством осматривалась вокруг и принюхивалась к лайкваринду, окружающему город. Король Алмарон сразу же всё понял, подошел к драконам и громко крикнул:
— Дети мои, в этом лайкваринде животные не едят друг друга, но если вам нужно мясо, то он его вам даст, только оно вырастет на деревьях. Сейчас мои рейнджеры об этом позаботятся.
Дракон кивнул головой и спросил:
— А разве наш отец не золотой лев?
— Твой отец я, парень! — Строгим голосом воскликнул король Алмарон — А мать твоей подружки королева Иримиэль, моя супруга. Великий Тирумулар только пробудил вас к жизни и напитал силой богов. Сейчас идите с рейнджерами в лес и хорошенько поешьте, а позднее мы с королевой посвятим вас в рейнджеры и начнём учить, но не здесь, а в другом месте. Это молодой лайкваринд и ему ещё самому нужно очень многому учиться. — Из ворот города немедленно выбежало несколько рейнджеров, которые повели драконов в лайкваринд, а Алмарон сказал жене с улыбкой — Ири, любовь моя, мы войдём в этот город, как всякие приличные люди. Будда даровал тебе великого Апсо Сенг Куи Тирумулара для битв с сарнами, а не для верховых прогулок. Правильно я говорю, Тимка? Иди ко мне, мой мальчик. — Он взял пёсика на руки, погладил его, а потом спустил на мостовую и ласково попросил — А теперь обернись львом, Тирумулар, иди впереди нас и если это тебе будет не трудно, излей на жителей нашего с Ири города потоки своего благодатного золотого света.