Король Лигуисон развёл руками и согласился:
— Не имею ничего против, Ахтар. С таким наставником и командиром, как Мелдавале, этих ребят не страшно пускать в бой, но ты же понимаешь, что это произойдёт не завтра?
Исигава, присутствовавший при том разговоре, сказал:
— Пока этому парню не исполнится восемнадцати, мой повелитель, он может даже и не мечтать о том, чтобы выйти за пределы Энейры, князем которой является твой старший брат.
— Наш старший брат, Исигава. — Строго сказал король Лигуисон и прибавил, доставая фиал крови из-под рубахи — Это украшение передаёт в мою грудь каждый удар твоего сердца, парень, как и удары сердца Лана и Ахтара. Мы все четверо братья по крови и поэтому я так спокоен за этих мальчиков. Хотя мы с Ланом и старше тебя, Исигава Мелдавале, а я к тому же всегда числился среди сильнейших воинов-эльдаров, рядом с тобой мы все мальчишки. Не знаю, что с тобой сделал этот старый колдун с обрезанными ушами, но тебе нет равных среди нас и поэтому для меня самым важным является только одно, ты вместе со святыми отцами должен в первую очередь создать отряды рыцарей — истребителей нечисти, а уж потом идти в бой сам. Когда ты вчера возложил свои руки мне на голову, брат, я чуть было не оглох, такая волна силы вошла в меня. Ты, Исигава, видно, исчерпал её всю из того источника, к которому припал благодаря Лану. Уже только поэтому я спокоен за своего сына. С тобой он не пропадёт.
Маг Ланнель усмехнулся и сказал чуть в сторону:
— Видел бы ты какая дурная силища исходит из моего Ангулока, братец, а также из наших сварливых попов, то не стал бы нахваливать этого хитрого ниндзю. — Посмотрев в упор на младшего брата, он добавил с улыбкой — Правда, с одним я точно соглашусь. После того, как Исиго ступил ногой на землю Нертеэмбера, над ним, словно бабка пошептала, и он полностью преобразился. Если раньше он мог едва угнаться за мальчиками, то теперь сделался впятеро быстрее их, а наши боги наделили его такой силой, что на нём можно гранит пахать. Да, и как маг он тоже очень прибавил в мастерстве, а недавно и вовсе сделал себе новый анголвеуро. У меня даже сложилось такое впечатление, что где-то на Серебряном Ожерелье тоже есть источник силы и наш Исиго тайком к нему присосался и помалкивает, но пока он способен эту силу вливать в нормальных эльдаров, я не буду его искать.
Вспомнив об этом разговоре, состоявшемся четыре дня назад, Исигава поклонился королеве и сказал:
— Нолвиэль, именно этим мы и займёмся тотчас, как прибудем в наш замок. Мальчики уже создали вокруг него лайкваринд, а это самая лучшая из всех казарм для воина и теперь нам только и остаётся, что обеспечить учеников усиленными сайринахампами. Кое-что в этом направлении я уже сделал. Думаю, что ещё два-три месяца и мне удастся создать живую магическую броню. Ну, а с этими аттеаноста некроманта нам помогут разобраться святые отцы, ведь у нас в конце-то концов есть семнадцать пленных, хотя, честно говоря, есть у меня на их счёт одна идея, ребята, и мне сдаётся, что их не нужно прокручивать через мясорубку и потом ещё протирать через сито.
Ланнель, которого магическое изобретение докучливого на пакости некроманта очень обеспокоило, тотчас спросил:
— Ты действительно что-то придумал, Исиго, или просто так это ляпнул, чтобы успокоить девушку?
Исигава улыбнулся своей скромной, застенчивой улыбкой и слегка склонив голову сказал:
— Пленными, как я понимаю, серьёзно ещё не занимались. Их просто посадили в каменный мешок и держат взаперти на одном хлебе и воде. Я предлагаю забрать их с собой в Нертеэмбер и устроить для них самый настоящий курорт. То есть поселить в замке, кормить вместе со всеми и давать ходить по всему замку и прилегающим к нему лугам, предупредив, что через лес они не пройдут. Думаю, что если им показать этих гигантских саблезубых кошек, они это сразу поймут. Ну, а поскольку, как маги, они слабоваты, то даже самых простых средств предосторожности вполне хватит, но самое главное нужно будет категорически запретить всем нашим людям проявлять к ним хоть какую-то враждебность. Есть такая поговорка, клин клином вышибают…
Маг Ланнель тотчас подхватил и развил мысль Исигавы:
— Так ты хочешь просто перевоспитать их добротой, сочувствием и простым человеческим теплом, братец. Хитро задумано, ничего не скажешь. Что бы там не намудрил этот злобный некромант, он не делал этого ни от чистого сердца, ни по доброте душевной, а стало быть элементарное доброе отношение может создать в их сознании совершенно иной эмоциональный фон. Это может поломать даже самую сильную магию подчинения, ребята. Если догадка Исигавы верна, Нолвиэль, то с павшими воинами, превращёнными в аттеаноста, можно будет бороться применяя НЛП…
Королева, услышав незнакомый ей термин, нахмурилась и, перебив мага, спросила:
— Лан, ты не мог бы выражаться понятнее? Что такое НЛП?
— О, это очень мощное оружие, девочка моя — нейролингвистическое программирование, то есть один из способов промывания мозгов. С помощью НЛП, в частности, можно так задурить голову, что он напрочь забудет кто он такой, откуда родом, а также кто его мама и даже хуже того, станет бездумно подчиняться чужим приказам. Вот только в данном случае это оружие нужно будет применять иначе. Тем парням, кого превратят в аттеаноста, нужно будет просто рассказывать изо дня в день о том, кем они были до этого, кого любили и с кем сражались. В общем возвращать им память о самих себе и при этом объяснять, что ничьим приказам они подчиняться не обязаны и сами должны решать, что для них благо, а что зло. Ну, и, естественно, делать это нужно будет в особых центрах, куда следует приглашать их родных, близких, друзей и любимых, а для этого нужно будет создавать специальные курорты подобных тому, о котором нам сейчас рассказал наш умный братец. Если это сработает, то эдак нам точно придётся поставить некроманту магарыч за такой роскошный подарок.
— А что такое магарыч? — Снова спросила королева.
Маг засмеялся и ответил:
— Это такая форма благодарности, Нолвиэль. У одного очень весёлого народа она выражается обычно в бутылке спиртного напитка, называемого водкой. — Посмотрев на короля Ареохтара, маг насмешливым тоном поинтересовался — Ну, так когда рвём когти, брат? Мне тут уже изрядно всё надоело.
Король машинально посмотрел на свои ногти и спросил:
— Какие когти ты собираешься рвать, Ланнель?
— Не какие, а отсюда, Ахтар. — Смеясь ответил маг — У того же народа, который придумал магарыч, это означает, как можно скорее делать ноги, а попросту удирать из этого озёрного края и чем дальше отсюда, тем лучше.
Сообразив, наконец, о чём идёт речь, король Ареохтар громко расхохотался и воскликнул:
— Так бы и сказал, брат, давай команду к отступлению! Мы готовы, Лан, и мои друзья ждут лишь приказа, чтобы шагнуть в порталы прохода и отправиться в другие миры. Посланцы из этих миров давно уже прибыли и уверяют моих парней и девчонок, что их встретят там по-братски, тепло и радушно.
— Валентина, перестань. — Строго сказал Талионон жене — Пойми же, наконец, наша Ирочка идёт не какие-то неизвестные джунгли, полные хищников, а в самый обычный детский сад, где с ребёнком даже теоретически не может ничего произойти потому, что это заведение специально созданное с одной единственной целью — помогать работающим родителям растить и воспитывать детей.
С первых же дней Сэнди самым строгим образом приказал эльдамирцам называть друг друга только земными именами и ещё всегда помнить при этом, где они работают и чем занимаются. С того момента, как они перебрались в заповедник "Зелёный дол", прошел всего месяц, а он уже показался им длиной чуть ли не в жизнь. Прошли октябрьские праздники с красочной, многолюдной демонстрацией в Зеленодольске, на которую вышли все сотрудники заповедника вместе с детьми, наступила последняя декада ноября и в западной, гористой части заповедника уже выпал первый, пока ещё робкий и слабый снежок, но уже в середине декабря согласно долгосрочного прогноза, сделанного Сэнди, снег покроет весь заповедник почти метровым слоем и дороги сделаются практически непроходимыми. Поэтому на зиму принцессу Иримиэль было решено отправить в город, а поскольку работы в заповеднике было просто невпроворот, то Талионон решил привлечь к делу ещё одного человека из числа их общих знакомых.