Следующим, чему учил меня высший эльф, был телекинез.
— Смотри. Каждый предмет пребывает в Пространстве. Теперь, когда ты с ним един, ты можешь оперировать этими предметами, двигать ими, перемещать и взаимодействовать. Для того, чтобы сдвинуть предмет, нужно действовать примерно так же, как ты перемещался, когда на вас устроили засаду. Только тогда ты «прокручивал» Пространство относительно объекта, а теперь двигай объект относительно Пространства. Твоему уму пока что непривычно вытворять такое, поэтому, вот, — Амилорн достал из-за спины мой бубончик. — Начнём с простого. Этот объект лёгкий, мягкий и приятный на ощупь. Попробуй сдвинуть его.
Я сконцентрировался на вязаном шаре и без особых усилий поднял его. По заданию Амилорна, я стал двигать его в самых разных направлениях, поднимать, опускать, вращать вокруг своей оси и вокруг разных предметов. Тогда высший эльф добавил к первому второй бубончик, третий… пятый…
В общей сложности, за два дня занятий, мне удавалось оперировать пятнадцатью шарами. Когда мастер подкинул шестнадцатый, моего внимания и концентрации на него не хватило, и все шары посыпались на пол.
— Хорошо. Неплохой результат. Но нужна практика, — подвёл итог эльф.
Все оперирования Пространством затрачивали личную ману. Это же относилось и к телекинезу. Вот только моя особенность трансформатора, если ей полностью овладеть, позволяла мне брать ману откуда угодно — хоть из стихий, хоть из солнечного света, хоть из Тьмы, и преобразовывать в мою личную. Теоретически, это значило то, что у меня был безграничный источник маны, а значит, и размер и вес движимых предметов ограничен лишь ёмкостью моего резервуара, скоростью его заполнения и проточностью манатоков.
Ещё два дня Амилорн объяснял мне, как менять структуру Пространства, уплотнять его или наоборот, разряжать. И как это использовать для защиты от стихийной магии.
— Ты можешь сам задавать или менять свойства Пространства… на ограниченном радиусе и недолго, чтобы не вносить дисбаланс в мир. Это позволит тебе защититься от… да много от чего. Огня, молнии, холода, ветра и физических объектов. Для последнего его надо сделать очень плотным, сгустить. Вот так.
Он прикрыл глаза, и я почувствовал, как Пространство перед ним меняется, прессуется, становится монолитным и твёрдым.
Достигалось это всё теми же инструментами — намерением, волей и концентрацией. Повторить опыт Амилорна мне удалось только на следующий день. В качестве проверки, тот попросил меня изменить пространство так, чтобы в нём не горел огонь, после чего швырнул в меня «огненный удар». Сгусток огня размером с мою голову испарился, когда только коснулся моей преграды. Эльф при этом улыбнулся и молча мне кивнул.
И вот сегодня, на двадцать восьмой день, меня ждал своего рода выпускной экзамен. Я прошёл в центр зала и сел на пол. Амилорн умостился за столом на стуле с высокой гнутой спинкой. Подождав, пока я внутренне настроюсь, он произнёс только одно слово: «Начали». Ни о том, как будет проходить экзамен, ни что в него будет включено, он мне не говорил. Поэтому, мне пришлось подстраиваться по ходу.
Наставник гонял меня в хвост и в гриву, давал самые разнообразные задания, которые я должен был решить только за счёт магии Пространства, зачастую не сходя с одного места.
Я двигал предметы по всевозможным траекториям, перемещал их по одному и нескольку, вкладывал перемещением один в другой, держа оба телекинезом… Фантазия у эльфа оказалась весьма богата, задания, хоть и имели общие принципы, но ни разу не повторились.
О том, был ли маг доволен мною или нет, я понять не мог, он вообще не выражал никаких эмоций, просто наблюдая за мной и тем, как я работаю. Экзамен занял около шести часов. Я очень устал морально. Да и физически тоже — попробуйте просидеть на одном месте шесть часов кряду с одним перерывом на полчаса…
— Хорошо, — с выдохом сказал Амилорн, когда я выполнил его последнее задание — запустил разом восемь совершенно различных тикающих и щёлкающих механизмов так, чтобы они работали в унисон. — Можешь расслабиться и отдохнуть.
Он встал из-за стола и куда-то ушёл, а я с наслаждением растянулся прямо на полу. Как хорошо было вытянуть ноги, потянуться, хрустя суставами!