Осмотревшись, осторожно ступая, я вошёл на корабль и оказался в коридоре. Во многих местах были видны повреждения переборок, обрывки кабелей и труб, металлические и пластиковые обломки. Повернув налево, я пошёл к кабине пилотов.
Пройдя метров сто, я оказался перед небольшим завалом, через который мне пришлось проползать по стеночке, и тут я мысленно возблагодарил Атая Верхалла за броню, которую он мне сделал. Довольно острые металлические обломки скользили по чешуе, не причиняя мне никакого вреда. Протиснувшись мимо завала, я дошёл до проёма, ведущего в кокпит.
Кабина была не очень большая. Четыре кресла, широкий пульт, усеянный непонятными надписями с преобладанием углов и треугольников, с парой штурвалов, кучей кнопок и рычагов. По разделённому на сектора лобовому стеклу шла огромная трещина.
Не знаю, что я надеялся здесь увидеть, но повернувшись, подпрыгнул от неожиданности и вскрикнул. Возле двери имелось и пятое кресло, скрытое небольшой переборкой, и в нём кто-то сидел!
«Чувство Жизни» сплелось уже на автомате, но не дало никакого результата. Сидевший был мёртв.
Аккуратно я подошёл ближе и рассмотрел его.
За долгое время труп превратился в иссушенную мумию и словно бы окаменел. Четырёхпалые руки с двумя противопоставленными пальцами, голова вытянутой формы, с усами, как у кита. Правда, лицо превратилось в оголённый череп, но посеревшая кожа, похожая на пергамент, сохранилась. Пришелец был очень высок, выше двух метров, и худ — конечности и тело больше походили на тонкие палки. Глядя на него, стало понятно, почему на корабле такие высокие потолки и узкие проходы.
Если тело пришельца иссохло, то серебристый, металлизированный комбинезон, в который он был облачён, выглядел так, словно его пошили только вчера. Карманы я проверять не стал, отметил только нашивку на левом рукаве — жёлтая полоса, под ней красный круг, и под ним угловатая загогулина, похожая на букву «Z».
Больше мне тут делать было нечего, поэтому я переместился ко входу — снова продираться через завал не было никакого желания — и пошёл в другую сторону. Метров через сто пятьдесят коридор разделялся на два, и тут я снова выбрал левое направление. Правда, по этому коридору далеко пройти я не смог — очередной завал полностью его перекрывал. Под ним виднелся ещё один член экипажа, вернее, были видны только его руки, плечи, покрытые бронещитками, и голова в пластиковом шлеме с расколотым забралом. Тёмно-зелёное пятно, въевшееся в палубу, похоже, было кровью бедолаги. Но помочь ему я уже всё равно не мог, поэтому вернулся к развилке и пошёл по другому пути. Он был свободен и привёл меня к небольшой квадратной платформе и люку в полу. Слева, в переборке, имелась дверь, но как её открыть я не имел понятия. Она была металлической, гладкой, без единого выступа, и наглухо задраена.
Вряд ли силовая установка всё ещё работала, спустя столько времени, поэтому я, напрягая все силы, и помогая себе телекинезом, принялся отворять люк в полу. Со скрипом, сопротивляясь — наверняка открытием довольно тяжёлой плиты управляла какая-то автоматика, гидравлика или иной механизм — люк постепенно поддавался. Приложив огромное усилие, я услышал, как что-то лопнуло, и люк распахнулся уже без какого-либо труда, открывая моему взору лестницу.
Прежде чем спускаться вниз, я решил связаться с Атаем. Вроде бы, времени прошло достаточно.
— Ты внутри? — без предисловий спросил дроу.
— Да. И тут всё в довольно паршивом состоянии. Не знаю, что их сбило, но тут кругом завалы, порванные кабели и трубы.
— Это всё ерунда. Тебе надо попасть в трюм, но в подобных кораблях они запираются тяжёлыми гермодверьми. А значит, сперва тебе надо запустить силовую установку…
— И как я это, по-твоему, сделаю? И за столько лет она ещё разве работает? Топливо не прокисло? И я же тебе сказал, что многие кабели порвало.
— С запуском я тебе помогу. Если её заглушили, то она вполне себе должна быть в рабочем состоянии, а то топливо, что ещё в ней оставалось невыработанным защищено от внешней среды. Силовые линии, идущие к трюму, надёжно укрыты за бронёй, так что с ними ничего не должно было произойти.
— Это прекрасно, но ты уверен, что от крушения установка осталась неповреждённой?