Ещё один тёмный артефакт на мою голову! Надо было поскорее от него избавиться — уж больно жуткие твари и демоны были нарисованы на картах, чтобы у меня возникла даже мысль их использовать. Интересно, а если просто их сжечь, что произойдёт? Не обретут ли в таком случае все эти существа полноценную свободу? Нет, лучше и в самом деле отнести это в храм или охотникам на демонов.
В храме Адиллары меня выслушали очень внимательно, приняли из рук колоду и обещали разобраться с ней в ближайшее время. Перед уходом, я воздал положенную хвалу Милосердной и вернулся к девушкам.
Остаток дня прошёл без приключений, и мы вернулись в «Золотую флейту», собрав вещи и решив лечь пораньше — караван выступал из города сразу, как только стража откроет ворота. А это происходит, когда первые лучи солнца высвечивают небо.
Позавтракав, мы попрощались с хозяином и направились к стоянке караванщиков. Стража уже распахивала огромные створки. Гружённые товаром ездовые животные, причём не только верблюды, уже были выстроены в определённый порядок. Конная стража занимала свои места. Нам предложили уместиться в одной из нескольких повозок, что мы и сделали, и на целых две недели выпали из жизни мира.
Дни тянулись медленно и неторопливо, сменяя один другой, но не отличаясь друг от друга. За время пути ничего не произошло, ровным счётом. На нас даже никто не напал.
Единственное, что менялось с течением времени, это окружающий ландшафт. Воздух становился всё более сухим, зелень всё более пожухлой, к середине второй недели превратившись в каменистую равнину, занесённую песком.
Вскоре показался и сам город, раскинувшийся на побережье Срединного моря, окружённый массивными, толстыми стенами из бурого камня. В лучах заходящего солнца блестели купола и шпили храмов и дворцов, огни горели по всему городу, в том числе и в порту, в бухте которого на волнах покачивалось несколько парусных кораблей. Вид города навевал арабские мотивы, и чем-то напоминал Саркасию.
В тот день мы заночевали ещё на открытой местности, а уже к середине следующего дошли до городских ворот.
Стража, как и в Силтарме, осведомилась кто мы, откуда, кому служим и каким богам покланяемся, обыскали нас, даже попросили открыть пространственную сумку на предмет ввозимой контрабанды, и, ничего предосудительного не обнаружив, пропустили нас в город. Как оказалось, весь арсенал убийцы Дзинсая отдала Амалии, а та его спрятала так, что никто не в силах был бы его найти. Той же самой процедуре подверглись и все караванщики, и их товары, прежде чем их пропустили в город, где мы тепло расстались с варизами.
Дорога выдалась тяжёлой, но хотя бы зной с каждым днём облегчался. Мы жутко устали, поэтому хотели как можно скорее найти гостиницу и уже собрались спросить об этом ближайшего стражника, как к нам подбежал толстый, лысый человек низкого роста, одетый в широкие шаровары, рубаху, жилет и съехавшую набок цилиндрическую шапочку и принялся увещевать:
— Здрасьте-здрасьте! Добро пожаловать в наш славный город! Я — Шиш-Кабиб, гид и помощник новоприбывшим туристам и гостям вольного города Орстана. К вашим услугам! — и он согнулся в поклоне, сделав рукой жест, словно накручивал на него нить.
— Нам нужна гостиница с хорошим питанием и не очень шумная, — сказал я.
— О-о, Шиш-Кабиб знает, что вам нужно! И он готов вас даже проводить всего за-а… пятнадцать серебряных монет! — он расплылся в улыбке, обнажив крупные зубы, многие из которых имели сколы. То ли ему часто бьют морду, то ли он ест что-то не то.
Вообще впечатление он производил отталкивающее — делец и торгаш чистой воды, стремящийся нажиться на туристах. Лицо у него было мясистое, с тремя подбородками, маленькими блестящими глазками и жиденькой бородёнкой без усов. Он всё время потирал руки и заискивающе улыбался. Неприятный тип.
— Сколько стоит ночлег? — спросил я.
— Там, куда я вас поведу — пятнадцать монет серебра за ночь.
— И тебе ещё столько же… Пожалуй, мы сами её найдём. Всего хорошего.
Я собрался уходить, но наглый толстяк выскочил передо мной на пути.
— Постойте! Вас не устроила моя цена? Каюсь, я принял вас за очередных проходимцев, которых сами боги велели избавить от лишних ценностей, дабы они не навредили многими соблазнами города, в первую очередь, сами себе! Но я вижу, что вы совсем не из этой породы, так что я согласен на десять монет.
— Пять.
— Вы в самом деле недооцениваете услуги Шиш-Кабиба! Я и так иду вам навстречу, прося какие-то жалкие десять серебряных монет за подробные и точные сведения о нашем славном городе, интересных местах и достопримечательностях!