— Что-то я никого тут не вижу, — чихнув, сказал я.
— Скоро увидишь. Подойди-ка сюда.
Я послушно подошёл к кузнецу. Раздался тонкий звон или писк, и я вдруг понял, что не могу пошевелиться. Атай же спокойно повернулся, достал из кармана какой-то цилиндр чуть длиннее ладони и направил его на меня. Через секунду моё сознание угасло, но перед этим я в полной мере ощутил, что я лечу куда-то вверх…
Спине было холодно и неудобно. Во рту стоял кислый привкус. Нос улавливал запахи металла, машинного масла и ещё непонятно чего. Было тихо, только звук моего собственного дыхания и сердцебиения нарушал окружающую тишину.
Я открыл глаза. Темно и пусто. Ничего не видно. Я не мог пошевелиться, меня удерживали захваты на руках, ногах, шее и талии, приковывая не то к столу, не то к больничной койке, стоявшей под углом примерно в сорок пять градусов. Лицо ниже глаз закрывала плотно прилегающая маска. И ещё я был раздет по пояс.
И рядом никого. Я попытался покричать, но смог выдавить из себя только пару хрипов. Вдруг откуда-то сверху стал падать свет, словно кто-то включил прожектор. Я повертел головой — возле моих плеч висели какие-то непонятные устройства и манипуляторы довольно жуткого вида.
На меня накатил страх, я начал рваться, но захваты держали крепко.
И тут из темноты в круг света вышел… кто-то.
— Та-ак, и что тут у нас? — он был широкоплеч и очень плотно сбит. Ростом почти под два метра, абсолютно лысый, большой, с бледной кожей. Накачанная шея выпирала из-под чёрной борцовки. Огромные мускулистые руки были полностью открыты. Помимо борцовки, на нём были надеты чёрные джинсы и байкерские сапоги до колен. — Это точно он?
— Да, господин, — раздался голос Атая у здоровяка за спиной.
— Я думал, ты выглядишь более внушительно. Ну да ладно.
— Ты кто вообще? — прохрипел я. Из-под полумаски мой голос звучал глухо.
— Ах, да, я же забыл, что ты не местный! Можешь звать меня Сантарос. Следующим твоим вопросом будет, что тут происходит и куда ты попал, да? Попал ты в моё личное пространство, а вот зачем… Скажем так, я всегда плачу по счетам — за добро добром, за зло — молотом по темечку. Ты заслужил мою благодарность, а я в должниках ходить не люблю.
Он вдруг улыбнулся мягко и по-доброму.
— Это чем же? — спросил я настороженно. Здоровяк вдруг перестал улыбаться и ответил очень серьёзно:
— Тем, что спас моих людей, моих последователей. Знаешь, как сейчас трудно найти стоящие кадры? В Грелейде обитают очень перспективные мастера, если бы они погибли, это было бы… неприятно. Очень. Настолько, что я готов был взять «Костоломку»… Вон, у Атая спросишь, что это значит. Так вот! Ты спас моих людей, более того, они умудрились даже сохранить чертежи, наброски, а кое-кто и действующие прототипы разных интересных вещей. За это я тебя не просто награжу, а награжу по-особому.
Он достал из-за спины цилиндр в две ладони длиной, из которого сформировался голографический, полупрозрачный дисплей.
— Я бы мог дать тебе какое-нибудь крутое оружие или броню, — продолжал говорить Сантарос, — научить формировать из света и ковать из энергии клинки, но… я дам тебе другое — возможность. Возможность найти, получить и использовать кое-что из ряда вон выходящее и… узнать кое-что об этом мире, скрытое от глаз простых людей. Да и некоторых непростых тоже.
Из торца цилиндра выехал глазок, который начал просвечивать меня красной лазерной сеткой.
— Та-ак, со здоровьем почти что полный порядок, осложнений возникнуть не должно-о-о… Да ты не пугайся! Всё будет нормально! Я сто раз уже так делал!
— Что делал? Что происходит?!
На меня вдруг накатила паника, усилившаяся вместе с непонятным сканированием.
— Да ты, главное, не мандражируй, всё сделаем аккуратно. А теперь хорошенько вдохни-и-и… Вот так, молодец. Атай, инструменты…
Я почувствовал запах мяты с корицей и начал куда-то уплывать. Мышцы моего тела расслабились, и в этот момент в моё тело впились иглы больших инъекторов, в которых плескалась металлическая жидкость, похожая на ртуть. Нечто холодное стало затекать в мои мышцы и сосуды, а сознание окончательно угасло.
Когда я очнулся, Сантарос стоял передо мной со своим голо-дисплеем и водил по нему пальцем.
— Очухался? Как себя чувствуешь? Нигде не болит ничего?
В ответ я прохрипел что-то нечленораздельное.
— Вот и отлично. Я сейчас подключу имплант и проверю, как он работает. Первое время будет непривычно, но, думаю, ты освоишься быстро.
«Стоп! Какой ещё имплант?!» — только и успел подумать я, как перед моими глазами выскочила надпись:
Идёт настройка нейроимпланта. Просьба сохранять спокойствие и не впадать в сонливость.
Вслед за надписью появилась полоса загрузки, которая начала медленно заполняться.
Получен отклик от нанитов. Наниты активированы.
После этой надписи мне стало совсем дурно, даже пот выступил на лбу. Какие ещё к чёрту наниты? Какие нейроимпланты в фэнтезийном мире? Стало вдруг очень страшно, особенно когда стали возникать дополнительные параметры и показатели жизнедеятельности, вроде сердцебиения, состава крови, уровня токсинов в организме, сводок от внутренних органов и систем, уровня мозговой деятельности и так далее.
В противоположной стороне повисла миниатюра моего тела. Она крутилась, на ней подсвечивались отдельные части разными цветами и гасли. Когда все они засветились зелёным светом, и полоса заполнилось возникло новое сообщение:
Нейроимплант работает в штатном режиме. Отклонений не выявлено.
— Кажись, всё работает как надо. Ну, а теперь, как г-рится, самое сладкое, — Сантарос снова что-то ткнул в своём планшете.
Получена координатная точка.
В верхней части поля зрения возник компас, на котором появилась зелёная точка. Я покрутил головой, компас вращался вслед за ней, равно как и отметка.
— Точка, что я тебе скинул, находится довольно далеко — в жопе мира, если конкретно, или у чёрта на рогах, — продолжил говорить Сантарос. — Поэтому, когда туда пойдёшь, хорошенько подготовься. Да! И ещё — лучше иди туда один. Это ты у нас иномирец и видал много разного, а местные могут получить не просто шок, а психологическую травму.
— Что же там такое-то? Куда ты меня отправляешь?
— А пойди и узнай! Хе-хе! Умею я интриговать, а? Не хуже всяких там… разных… Ты понял, в общем.
— А что за наниты? — спросил я.
— А, это… Я решил ввести тебе наносыворотку — гулять, так гулять. Эти машинки ускоряют восстановление повреждений, связывают и выводят отравляющие вещества и токсины. Даже радиацию могут вывести… Наверное. Насчёт неё не проверял. Атай! Внеси в список проверить…
— Уже внёс, — отозвался дроу.
— Ты кстати, как, сильно бухать любишь? А то, иммунитет к ядам имеет свои… побочные стороны, хе-хе! Ещё вопросы? Спрашивай, пока возможность есть.
— Кто ты?
— Вот заладил, а? «Кто ты, кто ты», «Кто ты, кто ты»… Вон, Атай тебе ответит.
— Кто знает о существовании всего этого… нанитов, имплантов и прочего?
— Очень немногие. Только ближайший круг моих последователей. А если говорить о населяющих мир…, - он задумался на пару секунд. — Не знаю. Если честно, не задавался подобными вопросами.
— Как это вообще возможно? Я думал, в этом мире в ходу только магия, а тут футуристика какая-то…
— Вселенная не ограничивается одним миром, парень, — ответил здоровяк. — Остальное узнаешь, если захочешь проверить точку, что я тебе скинул, только помни о предосторожностях, особенно в отношении с местными. На этом всё, моё свободное время закончилось, больше не задерживаю.
Я ещё хотел что-то спросить, но все вопросы вылетели вместе с ощущением перегрузки от падения. В один миг всё исчезло — стол, к которому я был прикован, инструменты, инъекторы, Сантарос…
… Я упал на четвереньки, больно приложившись ладонями об пол из грубых досок. Голова кружилась и была тяжёлой, поэтому я не сразу смог подняться.
— Это последствия от вживления импланта, — сказал стоявший рядом Атай Верхалл. — Скоро пройдёт.