— Черт! Что с тобой?!
Она схватилась меня за руку, за ту самую, которую вчера исцарапала кошка, да так сильно, что костяшки ее пальцев побелели, а я громко пискнула, пытаясь освободиться от цепкой хватки.
— Словно в живот ударили, — тяжело дыша, прохрипела она. И вдруг резко распрямилась, отпустила мою руку, на которой уже проступали багровые вмятины от ее пальцев, удивленно проведя по животу рукой. — Все. Отпустило. Мне нельзя говорить тебе это.
Синяк мне обеспечен, но сейчас это не важно.
— В моем будущем ты видишь Стаса? — спросила я с надеждой и болезненно поморщилась, но словно Алевтина не слушала меня.
— …И многое бы отдала, чтобы не видеть то, что вижу постоянно.
— А что ты видишь? — настаивала я.
— Как-то я имела неосторожность ответить на этот вопрос, и меня напичкали таблетками, а потом на «Скорой» увезли в психушку. Теперь я знаю, что не на все вопросы следует отвечать.
— А что с тобой было?
— На этот вопрос я тоже отвечать не буду.
— Отлично! — возмущенно выкрикнула я. — Ненавижу недоговоренности! Ты ведь можешь мне помочь! Я чувствую!
— Мля! Ты совсем не слушала меня? У этой помощи есть последствия. И к ним я не готова!
Глава восьмая
Я не была уверена, что Черт не найдет другой возможности затащить меня в свой мир, но пустое место на стене, то самое, где совсем недавно был вход в Навь, действовало сильнее успокоительного.
Времени до начала торжественной линейки по случаю первого дня учебного года оставалось достаточно, и я успела привести себя в подобие порядка: нанесла три слоя тонального крема на лицо, чтобы скрыть следы бессонной ночи; причесалась и погладила платье.
Университет располагался между маленькой речкой, с названием «Везелка» и угрюмыми серыми пятиэтажками, окруженный аккуратно подстриженным газоном.
Крупные капли дождя сменил тяжелый град. Он стучал по крыше, отскакивал от асфальта, рассыпаясь по клумбам прозрачным жемчугом. И не смотря на паршивую погоду, день оказался приторно удачливым и прекрасным до тошноты.
На линейку я опоздала, к тому же, занятия уже начались. В пустынных коридорах, изредка раздавались глухие шаги. Ступени лестницы поднимались от холла по скрученной спирали, а кабинет располагался за первой дверью справа от входа.
Попытка по-тихому проскользнуть к своему месту закончилась полным крахом. Наш куратор — Шляките Ирена Альгиманто, невысокая миленькая женщина, с прической, делающей ее похожей на пуделя — вместо того, чтобы отругать за опоздание, или, в крайнем случае, одарить угрожающим взглядом, вытащила меня в центр аудитории. И все присутствующие узнали, что по результатам прошлого года я являюсь подающим большие надежды специалистом в области психологии.
Стоя в центре аудитории, я с повышенным вниманием рассматривала запачканный мелом манжет рукава куратора. Как сохранить хорошую мину при плохой игре, когда между слов собеседников выхватываешь насмешку Черта?
После адских получасовых похвал, выжигающих меня изнутри, я миновала несколько парт, остановившись в последнем ряду.
Запищал мобильник, скривившись, я отругала себя, что забыла поставить его на виброзвонок. На дисплее всплыл конвертик, помеченный «Славка». Выключив звук, я прочитала:
«Рискуешь быть занесенной в ботанический сад». Обежав взглядом аудиторию, я наткнулась на отправителя, звезду университетской волейбольной сборной. Стильные джинсы, белая майка, предназначенная подчеркнуть все прелести его мощной фигуры.
Я улыбнулась и быстро набрала ответ.
«У меня затяжная аллергия на пыльцу»
Наблюдая, как губы Славы вытянулись в трубочку, пока пальцы нетерпеливо набирали ответ, я еле сдерживала смех.
Щелчок, на дисплее новый конверт.
«У меня тоже», и улыбающийся смайлик.
Катя сидела в дальнем углу и всю пару смотрела на меня в упор. Уткнувшись взглядом в тетрадь, чтобы как-то успокоиться, я схватила ручку и принялась выводить на листе замысловатые узоры. Как только прозвенел звонок, Катька сорвалась с места и галопом понеслась к двери, дрожащими руками поправляя растрепавшиеся волосы и выбежала из аудитории.
А как бы поступила она, если бы тоже оказалась в Мире Нави? Она, конечно, предпочла бы свою жизнь моему счастью. Да и я, если предстоит выбирать, выберу то же самое.
— Она сегодня не в форме, — заметил Слава.
Он подошел ко мне, миновав пеструю стайку девушек, уже обступающих его плотным кольцом. Они жеманно кривлялись, откровенно заигрывая. Но к моему удивлению, Славка на них не обращал внимания, он пристально рассматривал меня. Словно на моем месте уже стояла не Линка Ветрова, а Мисс Мира. Когда осмотр был закончен, он заговорил.
— Поздравляю, Линок, все заслуженно и справедливо. Уже с первого курса было понятно — замах у тебя что надо. Как лето провела, Веснушка?
— Отлично, — коротко ответила я и поморщилась.
Не нравится мне эта кличка, прилипшая ко мне еще с первого курса. Россыпь веснушек не сходила даже зимой. Летом загар выравнивал цвет лица, кожа становилась смуглее, и веснушки не казались такими чудовищными, как в начале весны.
— Может, пересечемся вечером?
— Пересечемся? — я захлопала глазами, впервые за все время нашей дружбы, отмечая не только неприкрытый интерес, но и откровенное заигрывание. Более того — он кобель высшей пробы, да любая готова самозабвенно повиснуть на его шее, а он почему-то приглашает меня. Я отдавала себе отчет в том, что не блещу красотой и пышностью форм, что обычно привлекает таких парней, как Слава, поэтому удивленно напомнила:
— Я замужем.
— Я тоже небезгрешен, — весело ответил он и, скрестив руки на груди, уставился на меня.
— Тем более.
— Ответь мне на вопрос: неужели я совсем тебе не нравлюсь?
— Тебе как ответить? С точки зрения психологии или проще?
— Проще, ты ж у нас, — Слава скривил лицо и довольно сносно спародировал куратора: — «подающий большие надежды специалист в области психологии».
Посмеиваясь, мы подошли к двери, Славка галантно пропустил меня вперед и мы оказались возле винтовой лестницы, куда не спеша подтягивались одногруппники.
Да, порой жизнь делает неожиданные повороты, но только я привыкла воспринимать себя частью Стаса. События последних дней ни в коей мере не уменьшили моего чувства. Вот если бы сегодня со мною рядом был он, только тогда я смогла бы стать по-настоящему счастливой.
Коридоры универа шумели, как море во время прилива.
— А не забухать ли нам завтра? — Слава снова оказался рядом, то и дело норовя обнять меня за талию. Хорошо, что я такая юркая, однако, ускользать от назойливых рук ухажера в толпе студентов, наполняющих коридор, становилось все труднее.
Его предложение было встречено одобрительными возгласами и начались обсуждения. Из толпы, как юный тюлень из водной пучины, вынырнул ботан Сашка. Он пытался скрыть нежную привязанность к восходящей звезде волейбола, впрочем, безуспешно.
— Вячеслав, привет. Все растешь.
— Все чахнешь, — не глядя на ботана, отозвался Слава.
Он относился к категории парней, уверенных в собственной безупречности, поэтому частенько позволял себе грубости.
— Моя тетка работает на базе «Улыбка»… — начал Сашка, легко касаясь руки… возлюбленного. Настойчивый парень.
— Ботан, ты охренел? — Слава стряхнул руку и метнул злобный взгляд на бедного Сашу. — Катись отсюда, пока я тебе руки не вырвал!
— Прости, — втянув голову в угловатые плечи, выдавил Саша и сконфуженно улыбнулся.
— Будешь строить мне глазки — выколю!
Отказаться от предложения ботана теперь стало делом чести, поруганной грязными намеками гея.
— Мы поедем на базу «Лесная Сказка», — заявил он. — А ты если еще раз тронешь меня, поедешь туда в инвалидном кресле, усек?