Наконец он поднял голову и прошептал:
– Это было здорово.
Мое сердце забилось еще чаще. Я до сих пор ощущала на губах тепло его губ.
– Ну а… лифт? – вымолвила я наконец.
Он усмехнулся:
– Лифт в полном порядке. Просто я хотел тебя поцеловать.
– Я же… я же тебе поверила! – вскричала я. Хотя, признаться, была в восторге. – Ты напугал меня до полусмерти, чтобы поцеловать?!
Он пожал плечами:
– Вот именно. Не смог удержаться.
Я попыталась определить выражение его лица в темноте: наполовину насмешливое, наполовину пытливое.
Он повернулся и нажал на рычаг. Свет, мигнув, зажегся, кабина дернулась и снова начала подниматься.
– Вряд ли из тебя выйдет хороший напарник, если ты только и будешь делать, что со мной заигрывать, – поддела я.
– Я буду хорошим напарником, – заверил он, сжав мое плечо. – Обещаю.
Дверь открылась, и я вышла за Брэнданом в коридор третьего этажа. Здесь, наверху, было жарко и пахло кислым, словно от застарелой одежды. Как и внизу, единственный свет исходил от темнеющего серого неба за высоким окном в конце коридора.
– Попробую зажечь свет, – проговорил Брэндан. Он нащупал на стене выключатель. Пощелкал им. – Нет. Света нет. Видно, генератор сдох.
Я взглянула на него с подозрением:
– Очередная шуточка, да?
– Если бы.
Я посмотрела в глубь коридора. Он тянулся по прямой, уходя в бесконечность, а по обе стороны находились комнаты. Конец коридора терялся в темноте.
Пол поскрипывал под тонким ковром, когда мы направились к первой двери. Кроме нас, на этаже никого не было. Остальные ребята по-прежнему блуждали внизу.
– Забыл захватить фонарики, – ворчал Брэндан. – Надо было всем раздать.
Из коридора донеслись хлопки. Занавески трепещут на ветру? Я последовала за Брэнданом в небольшую спаленку. Во всяком случае, я полагала, что это спальня, судя по размерам. Там не было ни кровати, ни комода – вообще никакой мебели. Только у стены громоздились башни из картонных коробок.
– Некоторыми из этих комнат не пользовались годами, – Брэндан потянул за шнурок жалюзи, впустив в спальню серые вечерние сумерки. – Рэйчел, список у тебя?
– Угу. – Я вытащила его из кармана.
Брэндан опустился на колени за башней коробок.
– Взгляни-ка.
Я подошла к нему сзади и посмотрела на предмет в его руках. Это было гигантское яйцо.
– Страусиное яйцо, – сказал он. – Есть в списке?
Я подняла бумагу и просмотрела список:
– Нет. Страусиного яйца нет.
– Досадно. – Он положил громадное яйцо на пол и указал пальцем: – Посмотри, нет ли чего вон в том стенном шкафу. Встретимся в следующей комнате.
Я бочком-бочком пробралась между грудами коробок к стенному шкафу. Взялась за ручку, повернула, подергала. Дверца не поддавалась. Я попробовала еще раз. Повернула ручку в другую сторону и с силой дернула.
Дверца распахнулась настежь. От неожиданности я шарахнулась назад. С трудом устояв на ногах, заглянула в шкаф. Пусто. Я подошла на пару шагов. Разглядела три полки, на всех – хоть шаром покати. Дно шкафа густым ковром устилала белесая пыль.
– Ничегошеньки, – сказала я и вдруг вспомнила, что Брэндана со мной нет. Захлопнув дверцу шкафа, я вышла из комнаты. – Брэндан? – В длинном узком коридоре мой голос прозвучал глухо.
Снова послышались громкие хлопки. Щурясь, я вглядывалась в серый сумрак. Ничего не разглядеть. Я вошла в комнату на другой стороне коридора.
– Ау, Брэндан?
Нет. Комната была темна и безлюдна.
– Брэндан? Где ты? – крикнула я.
Нет ответа.
И снова я услышала хлопанье, но теперь к нему прибавилось тоненькое, пронзительное чириканье. Мышь? Нет. Не хлопают мыши и не чирикают.
Я заглянула в следующую комнату:
– Брэндан? Ты тут?
Тишина. В сумеречном свете я различила длинный диван и пару тумбочек. Письменный стол у стены. Какой-то деловой кабинет. А Брэндана не видать.
– Эй! – крикнула я. – Брэндан? Ну ты где?
Я снова услышала хлопанье, теперь ближе. И пронзительное: «И-и-и-и-и-и-и-и-и!»
Вперившись в темноту, я разглядела крохотные красные огонечки. Нет, не огонечки. Крохотные красные глазки.
– О нет, – прошептала я. Кожу на загривке стянуло мурашками.
Я смотрела на скопище красных глазок: они ярко мерцали в конце коридора, словно стоп-сигналы. Хлопающие крылья и мерцающие красные глазки. До меня не сразу дошло, что они принадлежат полчищам летучих мышей.
Огромное гнездовье летучих мышей. А я потревожила их, вторглась, так сказать, в их владения. Я поняла, что не дышу. И издала протяжное, дрожащее: «Фу-у-у-у-ух!»