Он вздохнул:
– Да, чудесные были деньки. Ну а теперь… можно, пожалуй, сказать, что пришла пора поднять занавес.
Он подошел к дальнему краю занавеса. Обеими руками взялся за шнур, свисающий сбоку, и потянул. В тот же миг занавес разделился пополам и медленно раздвинулся.
Общий вздох ужаса пронесся по комнате при виде того, что скрывалось за занавесом. А когда мы окончательно поняли, что перед нами три трупа, вздохи сменились воплями.
Это были мертвые тела наших друзей – Патти, Керри и Эрика. Они лежали ничком, сваленные друг на друга.
– Как… как они тут оказались? – воскликнула я охрипшим от ужаса голосом. – Кто это сделал? Брэндан, кто перенес их сюда? – Я не хотела смотреть. Но ужасное зрелище приковало мой взгляд, словно я была в трансе.
В самом низу лежал Эрик, Керри – у него на спине, вывернув свои длинные ноги. Патти распростерлась сверху, вытянув руки до самого пола, ее волосы свесились на безжизненное лицо.
– Нет… нет… – Я замотала головой, словно пыталась стряхнуть это отвратительное зрелище. – Нет…
И пока я смотрела, охваченная ужасом, груда тел зашевелилась.
Глава 28
Вечеринка окончена
Патти закряхтела и медленно приподняла голову.
Керри дернул руками. Его огромные кроссовки заскребли по полу.
Эрик повернул к нам лицо и моргнул.
На мгновение мое сердце остановилось. Я вскочила, не в силах ни охнуть, ни вздохнуть.
Никто не кричал, не визжал. Никто не издал ни звука.
Я почувствовала, как кровь стучит в висках. Прижала ладони к щекам.
– Да восстанут мертвые! – прогудел Керри. – Подъем! Подъем!
Оттолкнувшись от его спины, Патти поднялась на ноги. Зачесала волосы назад, разгладила футболку.
По-прежнему лежа на полу, Эрик ухмыльнулся нам:
– Что, одурачили мы вас? Клюнули, да?
Керри встал и вытянул свои длинные руки над головой:
– Ну как все прошло, Брэндан?
Наконец мы снова обрели дар речи. Послышались громкие возгласы – пораженные, гневные, радостные.
Вот сейчас я точно свихнусь. Мне пришлось на мгновение закрыть глаза.
Так они живы?
Все это была шутка? Все не взаправду? Весь этот кошмар?
Брэндан кивнул троице бывших трупов:
– Отличная работа, ребята. Игра окончена.
– Брэ-энда-ан?! Как так?! – взревел Паукан. – В смысле, «игра окончена»?!
Брэндан повернулся к нам.
– Вы все играли в мою новую игру для вечеринки, – объявил он. – Я создал ее специально для сегодняшнего вечера. Хотите знать, как я ее назвал? «Абсолютная паника»!
И ухмыльнулся. Он буквально лучился самодовольством.
Никто не отреагировал на эту новость. Полагаю, слишком все были ошарашены. Я так до сих пор не могла оклематься.
Брэндан прыснул:
– Ребята? С вами все хорошо? Похоже, моя игра удалась даже слишком.
Я втянула в себя воздух, и голос наконец-то ко мне вернулся:
– Значит, ничто из событий этого вечера не было настоящим?
Брэндан кивнул:
– Я все спланировал. Я хотел, чтобы «Абсолютная паника» стала самой жуткой игрой на свете.
Растерянность наша понемногу проходила. Я почувствовала, как в груди все сжимается от ярости:
– Ты нас до смерти напугал. Мы все думали…
Он поднял руку, не дав мне закончить.
– Я все спланировал, – повторил он. – Даже падаль вам в постель подкидывал, чтобы настроить на нужный лад перед вечеринкой.
– Так это был ты?! – взвизгнула Джина.
– Ну-у… Эрик и Керри подсобили немножко. Все это часть игры. Я спланировал три «убийства». Что Рэнди якобы расшибет голову, с фальшивой кровью в воде. Отключение света, пропажу фонариков, снятых на камеру взломщиков в масках, бегство прислуги на единственной моторке…
– Так это все… игра? – воскликнул Паукан. – Ты, блин, издеваешься? Все игра?
– Брэндан… просто не верится! – вскричала Джина. – Ты сказал нам, что Патти, Эрик и Керри мертвы. Но…
– Джина, все это была игра, – повторил Брэндан. – Правда. Я был единственным, кто осматривал «трупы», помните? Именно я всякий раз объявлял, что кто-то мертв. Я ни разу не подпустил к ним кого-либо еще.
Комната наполнилась возмущенным ропотом и возгласами облегчения.
– Как вы сами видите, все живы-здоровы, – продолжал Брэндан. – Ну… кроме Эрика. Он всегда был болен на голову.
– Эй, вы будто не рады видеть меня живым? – воскликнул Эрик.
– Черта с два, – заявил Паукан. – Трупаком ты был симпатичнее.
Это вызвало всеобщий смех и разрядило наконец нестерпимое напряжение.
– Так это была игра, – вырвалось у меня. – Вся игра состояла в том, чтобы напугать нас до смерти.