Он тоже остановился. Ясное дело, среди деревьев ищет. Ищет и прислушивается.
Я затаила дыхание. Попыталась сжаться, стать меньше, чтобы понадежнее укрыться за этим хлипким кустом.
– Рэйчел? Я знаю, что ты там! – крикнул Гарланд уже более нервно; эхо разносило его срывающийся голос среди деревьев. – Ничего я тебе не сделаю, Рэйчел. Подержим вас с пацаном Фиаров, пока его папаша не подгонит денег, и больше ты нас не увидишь.
Наступило долгое молчание. У меня засвербило в носу. Я зажала его пальцами. Не хватало только чихнуть – тогда мне точно крышка.
– Ты меня слышишь? – окликнул Гарланд. – Слышишь, что говорю?
Отлично. Он меня не видит. И не знает, как я близко.
– Ты мне веришь? Выходи, Рэйчел. Ей-богу, не трону.
За спиной у меня послышался плеск. Мягкий ропот прибоя. Тихо-тихо я повернула голову. Сквозь заросли тонких деревьев проглядывалась узенькая береговая линия. Озеро. Надо же, а берег-то совсем рядом…
Я затаила дыхание и не двигалась. Слышала, как Гарланд что-то бубнит себе под нос. Еще несколько глухих проклятий… Потом послышался хруст листьев и тихий стук сапог. Я мучительно прислушивалась – аж в ушах звенело.
Он удалялся.
– Я найду тебя! – прокричал он. – Тебе не уйти!
Я ждала, прислушиваясь к шарканью удаляющихся шагов. Выжидала. Ожидание тянулось очень долго. Целую вечность.
Только окончательно убедившись, что Гарланда нет поблизости, я поднялась на ноги. От долгого сидения на корточках ломило спину. Я потянулась, пытаясь разогнать боль. Потом снялась с места и, ступая как можно осторожнее, поспешила к воде.
Остановилась на мягкой траве у края берега. Вода лизала и так уже промокшие туфли. Лунный свет играл на волнах золотистой рябью.
Увидев каноэ, я чуть не закричала от счастья. Оно лежало на травяном берегу, к бортам прислонены весла. Луч лунного света освещал его, точно прожектор.
Каноэ. Каноэ Мака.
Я осторожно приблизилась на несколько шагов. Мне не приходилось грести на каноэ, но я была уверена, что ничего сложного тут нет. В прошлом году мы с Бет и нашей кузиной ходили на каяках. Одно удовольствие. Вряд ли на каноэ намного труднее…
Я сделала глубокий вдох и бросилась к нему. Земля размякла, туфли разбрызгивали жидкую грязь. На бегу я обдумывала свои действия. Столкнуть каноэ на воду. Забраться в него и схватить весла… Оставалось всего несколько футов, как вдруг злобный голос у меня за спиной рявкнул:
– Ни с места, Рэйчел!
Обернувшись, я увидела Дуайта Гарланда: лысина сверкает в лунном свете, винтовка закинута на плечо.
– Н-нет… – выдавила я.
– Стой на месте. Отойди от каноэ. – Он махнул винтовкой. – Да не торчи ты столбом! Отойди, кому говорю!
– Нет, – повторила я. Горло сдавило так, что каждое слово давалось мне с трудом: – Нет. Я ухожу. Вы в меня не выстрелите.
– Отойди, – повторил Гарланд, шагнув ко мне. Он сдернул с плеча винтовку. Черное дуло уставилось на меня. – Не искушай судьбу, Рэйчел. Я тебе зла не желаю. Отойди.
– Нет! – Отступив к каноэ, я наклонилась, чтобы столкнуть его на воду.
– Отойди! – завопил Гарланд. – Предупреждаю! – И шарахнул из винтовки. Грохот был оглушительный.
Я завизжала и замолотила руками в воздухе.
Ударил еще один выстрел.
Опустив дуло винтовки, Гарланд выстрелил еще раз. И еще.
Задыхаясь, я обессиленно рухнула на колени, в раскисшую грязь.
Глава 40
Кто меня осудит…
Стоя на коленях в грязи, я зажмурилась и ждала невыносимой боли.
Воцарилась тишина. Мертвая тишина.
А боль все не приходила. Может, я уже лишилась чувств?
Нет. Открыв глаза, я увидела, что Гарланд стоит надо мной, опустив руку с ружьем.
– А? – ошалело заозиралась я. Лишь потом до меня дошло, что он сделал. Изрешетил выстрелами каноэ. Теперь на нем точно никуда не уплыть.
Я тяжело вздохнула. Плечи поникли. Я не убита. Но это, скорее всего, ненадолго. Глаза Гарланда, совершенно бешеные, вперились в меня, словно два лазера, пытающиеся прожечь мое тело насквозь.
– Я ж просил по-человечески, – пробормотал он, проводя ладонью по лысой макушке. – Почему ты не слушала?
– А должна была? – огрызнулась я. – Сами-то правду говорили, да? Что-то не больно верится.
Он грубо схватил меня за хвостик волос и вздернул на ноги. Штанины моих джинсов промокли и были облеплены грязью, но мне было не до того, чтобы их чистить.
– Так вы говорили правду? – повторила я. – Брэндан цел? Да или нет? Вы убьете Брэндана? Меня убьете?