Я пристально уставилась на него. Мне хотелось бы ему верить. Но как я могла быть уверена, что он говорит правду?
Мы снова тронулись в путь. Коридор делал резкий поворот вправо. Ковер закончился, и наши туфли теперь стучали по твердому деревянному полу.
Брендан остановился и повернулся к стене. Я увидела дверь с маленьким круглым окошком посередине. Он нажал черную кнопку на стене, и дверь скользнула в сторону.
— Лифт! — воскликнула я. — У тебя в доме есть лифт?
Кивнув, он жестом пригласил меня внутрь. Маленькая лампочка на потолке посылала на нас конус оранжевого света. Лифт был крошечный. В него могли бы втиснуться от силы три-четыре человека.
— Его установил мой дед, — пояснил Брендан. — В последние годы жизни моя бабушка была прикована к инвалидному креслу. Она не могла подниматься по лестнице. Таким образом, дед смог поднимать бабушку в ее комнату на лифте. — Он усмехнулся. — Какой же дом без лифта, верно?
— Мой, например, — сказала я. — Там всего один этаж.
Он засмеялся:
— А что, твой лифт мог бы ездить из стороны в сторону.
Дверь закрылась. Он нажал на рычаг, и кабина начала подниматься, издавая громкое гудение. Двигались мы с черепашьей скоростью. Потолочная лампочка мигала.
Брендан глядел в окошко. На его лице промелькнул отблеск света, когда мы проходили второй этаж. До чего ж он красив, подумала я. И тут же брякнула невпопад:
— Как вышло, что ты пригласил меня на вечеринку?
Он обернулся.
— В смысле… некоторые предметы мы посещаем вместе, — сказала я. — Но мы не друзья. То есть… я рада была, конечно, но…
Господи, чтоб мне подавиться собственным языком и сдохнуть на полу лифта. Ну как же не дура?!
Брендан, казалось, не замечал моего смущения.
Это уже не первый раз, когда я выдаю все, что у меня на уме. Такая вот дрянная привычка.
— Я смотрю, ты много времени проводишь с Эми, — сказал он.
— Ага. Она моя лучшая подруга, — сказала я. — Ты ее не слишком хорошо знаешь, так ведь?
Он нахмурился.
— Нет. Совсем. У нас никогда не было общих предметов и…
Остаток фразы я не расслышала: лифт тряхануло, я взвизгнула. Свет погас. Кабина остановилась. Я заморгала в полной темноте. Было так темно, что я не могла разглядеть даже Брендана, хотя он стоял рядом со мной.
— Застряли, — спокойно констатировал он. — Застряли между этажами.
— Ты можешь… сд… сделать что-нибудь? — выдавила я.
— Им давно не пользовались. Напрасно я сперва его не проверил.
— Но, Брендан…
Глаза постепенно привыкали к темноте. Я смотрела, как он дергает рычаг взад и вперед. Кабина не двигалась с места.
— Здесь есть тревожная кнопка? — спросила я. — Мы можем вызвать кого-нибудь на помощь?
— Нет. Кнопки нет.
Мое сердце заколотилось. Я чувствовала, как кровь стучит в висках. Иногда у меня не на шутку разыгрывается клаустрофобия.
— Так… а воздуха нам тут хватит?
— Наверно. Хотя уже становится душновато, ты не находишь?
— Это заметят. Нас хватятся. Нас будут искать.
— Рано или поздно, — сказал Брендан.
Я постояла молча с мгновение, пытаясь успокоить отчаянно бьющееся сердце. Брендан повернулся ко мне. Он скользнул рукой вдоль моей талии. И вновь я решила, что он собирается поцеловать меня.
И так он и сделал. Сначала нежно, потом более чувствительно.
Его губы двигались по моим губам. Он закрыл глаза. Сперва я колебалась. Но потом поцеловала его в ответ. Крепко-крепко. Я не хотела, чтобы это заканчивалось.
Наконец, он поднял голову и прошептал:
— Это было здорово.
Мое сердце забилось чаще. Я все еще ощущала на губах тепло его губ.
— Ну а… лифт? — сказала я наконец.
Он усмехнулся.
— Лифт в полном порядке. Просто я хотел тебя поцеловать.
— Я же… я же поверила тебе! — закричала я. Но, говоря откровенно, я была в восторге. — Ты напугал меня до полусмерти чтобы поцеловать?!
Он пожал плечами.
— Вот именно. Не мог удержаться.
В темноте я пыталась определить выражение его лица, полунасмешливое, полуизучающее.
Он повернулся и нажал на рычаг. Свет, мигая, зажегся, кабина дернулась и снова начала подниматься.
— Сомневаюсь, что из тебя выйдет хороший партнер, если ты только и собираешься делать, что флиртовать со мной, — поддела я.
— Я буду хорошим партнером, — сказал он, сжав мое плечо. — Обещаю.
Дверь открылась, и я последовала за ним в коридор третьего этажа. Здесь, наверху, воздух был жаркий и пах кислятиной, словно застарелая одежда. Как и внизу, единственный свет исходил от темнеющего серого неба за высоким окном в конце коридора.