Брендан не убирал руку с моей спины. Мы смотрели на двери лифта. И прислушивались.
Воздух здесь был сухой и жаркий. Мне вдруг показалось, что я задыхаюсь.
Мы вслушивались в скрежет спускающегося лифта.
Что если там, внизу, его уже ждут бандиты? Ждут, чтобы подняться наверх и схватить нас?
Я закрыла глаза. Пожалуйста… пожалуйста… пусть они рыщут на улице. Пусть думают, что мы побежали искать убежища в лесу.
Я услышала гулкое «БУМ», когда лифт достиг первого этажа.
Мы с Бренданом подошли поближе. Затаив дыхание, я прижалась ухом к двери лифта. И вслушивалась.
Снизу до меня донесся скрежет открывающейся двери. Я посмотрела на Брендана. Он застыл на месте, стиснув зубы, руки по швам.
Мы прислушивались. Не дыша.
Я услышала, как дверь лифта закрылась.
Тишина.
Тишина.
А потом — рокочущий гул, когда кабина снова начала подниматься.
— Он… он возвращается, — пробормотала я. — Они нас видели. Они идут. Мы попались.
33
В ЛЕСУ
Брендан сжал мою руку. Взгляд его заметался из стороны в сторону. Я видела, что он напряженно думает.
— Еще не попались, — прошептал он. — Скорее.
Я последовала за ним в темную комнату, находившуюся через несколько дверей дальше по коридору. За окном, расположенным в дальней стене, висел бледный серп месяца. На улице уже стемнело. Ветка дерева постукивала в стекло.
— Еще не попались, — повторил Брендан. Обеими руками он ухватился за оконную створку и рывком поднял ее. — Смотри.
Толстая ветка проходила под окном, почти как карниз.
— Мы все время перелезали по этой ветке на дерево и спускались вниз, — сказал Брендан. — Родители были в ужасе. — Он высунул ногу из окна и закинул ее на ветку. — Пошли. Это легко.
Он перелез на ветку.
— Осторожнее. Она скользкая от дождя.
Я услышала, как в коридоре открылась дверь лифта. Услышала грохот тяжелых шагов. Бормочущие голоса.
Глубоко вдохнув, я выбросила винтовку из окна. После чего вылезла сама.
— Ай! — Мои ноги заскользили по гладкой, скользкой ветке. Я опустилась на колени, потом обхватила ее ногами. Наклонившись вперед, позволяя рукам скользить по гладкой коре, я двинулась вслед за Бренданом, который задом наперед сползал вниз по ветке к стволу дереву.
Толстая ветка покачивалась и скрипела под нашим весом. Послышался громкий треск. Я завизжала, и мои руки соскользнули с мокрой ветки.
— Не-е-е-е-ет!
Я сорвалась. Теперь я раскачивалась вниз головой. Беспомощно хватая руками воздух, я отчаянно обхватила ветку ногами.
Вися вверх тормашками, я изо всех сил тянулась руками к ветке в тщетных попытках схватить ее и принять нормальное положение. Но не могла дотянуться. В ногах пульсировала боль. Я чувствовала, как расслабляются мышцы. И не знала, как долго смогу еще так висеть.
— Брендан… — выдохнула я.
Он отполз назад, перегнулся вниз и схватил меня за руки. Со стоном он подтянул меня наверх. Ловя ртом воздух, я обхватила руками ветку.
— Нет времени отдыхать, — сказал он, поглядывая на дом. — Держись. Следуй за мной.
Ветка все же выдержала нас, пока мы пробирались к стволу. То и дело я поглядывала наверх, ожидая, что из окна над нами вот-вот высунутся головы в масках. Но… налетчики не показывались.
Казалось, прошло несколько часов, прежде чем мы достигли толстого, гладкого ствола дерева. Слава Богу, росло оно под углом, так что спуститься по нему не составляло труда. Обхватив ствол руками, я осторожно, медленно заскользила вниз. Через каких-нибудь несколько секунд я уже стояла рядом с Бренданом на лужайке, вытирая руки о карманы джинсов.
Бледный месяц низко плыл в ночном небе. Облака серыми змейками наползали на него, заставляя слабо мерцать.
— Несложно, да? — улыбнулся Брендан. Он показал на дом. — Они сейчас, наверное, обыскивают комнаты на третьем этаже. Пойдем.
Я подобрала винтовку, и мы бок о бок припустили к деревьям по высокой, мокрой от дождя траве. Мы не останавливались, пока не укрылись в непроглядном, чернильно-черном мраке леса.
Брендан нагнулся, упершись руками в колени, и пытался перевести дух. Я держала в руке винтовку, оказавшуюся гораздо тяжелее, чем я представляла. Я сунула ее в руки Брендану.
— Возьми. Лучше ты ее понеси, — пропыхтела я. — Я в жизни не держала в руках оружия.
Брендан кивнул и погладил рукой приклад.
— Папа иногда брал меня поохотиться на оленей. — Он покачал головой. — Я ужасный стрелок, но… — Его голос прервался.