«Да и правильно», — подумала Даша, обхватив себя руками за плечи, словно пытаясь защититься от собственных мыслей.
Девушка встала у окна и медленно развернулась. Осматривая свою студию — белые стены, минималистичная мебель, стопки книг — она впервые в жизни ощутила, насколько маленькое пространство представляет её жилплощадь. Здесь ей слишком душно и одиноко, а вскоре её пространство и вовсе замкнётся в небольшой, хоть и комфортабельной палате. С началом лечения девушка перестанет видеть галлюцинации, включая и сновидения с Дареном.
Но как раз их девушка предпочла бы оставить. Эти сны были единственным, что вызывало у неё настоящие эмоции: трепет, страх, восхищение, любопытство. Возможно, если она заснёт сейчас, то сможет с ним увидеться? Дарья подошла к стеллажу, где на одной из полок располагалась аптечка. В ней было не так много лекарств. В основном успокоительные и снотворное. Девушка взяла упаковку самых сильных таблеток, повертела её в руках, изучая дозировки.
С лёгким трепетом и надеждой в сердце, Даша прошептала: «Дарен, я хочу увидеть тебя всего раз, пожалуйста». Она проглотила одну таблетку, запив ее водой из стакана, что стоял на прикроватной тумбочке, легла на кровать и закрыла глаза, ожидая, что сон перенесёт её в мир, где она снова сможет встретиться с Дареном. Её сердце колотилось от предвкушения, а пальцы нервно сжимали простыню.
***
— М-м-м... — простонал Максим, схватившись за свой торс. Грудь пронзала острая боль, как будто сотни мелких осколков стекла впивались в кожу с каждым вдохом. Нащупав плотно прижатые бинты и почувствовав под пальцами влажное пятно, мужчина попытался открыть глаза. Но резкая головная боль, отдающая в виски, заставила оставить эти попытки. Через пару минут боль начала отступать, превращаясь в тупую пульсацию.
Он попытался понять, где находится. Для больничной палаты положение его тела было слишком неестественным, а в воздухе вместо антисептика ощущался запах сырости и пыли.
Пошевелив левой рукой, которая, казалось, онемела, он услышал звон металла. Его запястье было на весу. Максим был прикован — а значит, он не в больнице. Возможно, его напарник сжалился и решил его не убивать в память о дружбе? Что тогда стало с Марлен? Поймал ли он и её? Жива ли она? Или всё-таки ей удалось сбежать?
В его теле оставался небольшой запас энергии, однако для такой раны этого явно недостаточно. Максим ничем не сможет помочь несчастной девушке. Более того, сейчас он ничем не сможет помочь и себе.
Вторая попытка открыть глаза оказалась удачной. Темнота начала постепенно отступать, но очертания вокруг оставались расплывчатыми, словно он смотрел сквозь мутное стекло. Максим лишь смог разобрать, что находится в небольшой комнате, лежит на надувном матрасе на полу, с прикованной к батарее рукой. За окном светили фонари, которые частично освещали комнату оранжевыми полосами. Расплывчатые силуэты постепенно обретали чёткость — старый шкаф в углу, стол со стулом, закрытая дверь.
— Ну и где я? — произнёс он вслух, и каждое слово отзывалось болью в груди, словно кто-то вонзал нож между рёбер.
Ответом ему была лишь тишина, нарушаемая далёким шумом города и тихим капаньем воды где-то поблизости.
— У меня в гостях, — этот чувственный самоуверенный голос мог принадлежать только Марлен. Недалеко от него располагался небольшой диван. Свет от фонарей на него практически не падал, поэтому Максим не заметил сидящую на нём девушку.
— Марлен, я рад, что с тобой всё хорошо, — произнёс он, стараясь говорить как можно спокойнее, несмотря на боль.
Сейчас самое главное — не травмировать девушку ещё больше. Понятное дело, что она стала свидетельницей очень странной криминальной сцены, и это могло её шокировать. Но почему она не отвезла его в больницу? И вообще, как она нашла место их встречи? Что-то явно не сходится...
— Я благодарен тебе за спасение, — в своей игривой манере продолжил он, — но меня несколько смущают наручники.
— Я люблю жёсткие игры, — спокойно ответила девушка, продолжая восседать на диване, словно на троне.
— Марлен, прости, ты не должна была находиться там. И не должна была ничего видеть...
— Но я там была и всё увидела, — Марлен пожала плечами.
— Что с директором?
— Он в ванной. Частично, — всё так же спокойно ответила она.
Максиму показалось, что в темноте сверкнула пара змеиных глаз, но он списал это видение на своё состояние. Он всё меньше понимал происходящее.