По словам Хеннинга, драконы живут намного дольше обычных людей – десятки, если не сотни человеческих жизней – соответственно, и портретов в галерее предков не так много, как могло бы быть в обычном аристократическом доме. Самому старому изображению, по его словам, было несколько тысяч лет, но оно сохранилось в идеальном состоянии благодаря особой магии, заключенной в краски и холст. Даша ощутила трепет, пробежавший по её телу от макушки до кончиков пальцев, несмотря на то, что она уже стала свидетельницей появления настоящего дракона. Осознание того, что перед ней подлинный магический артефакт, пропитанный древней силой, неподвластной времени, приводило её в восторг, смешанный со страхом.
Их путь привел к знакомому уже месту, и девушка вновь оказалась у изображения двух черноволосых людей – мужчины и женщины с поразительно похожими чертами лица. Её сердце забилось чаще, а в груди разлилось тепло узнавания.
— Это ведь Дарен, верно? — произнесла Даша, нежно прикоснувшись к портрету высокого мужчины с пронзительным взглядом янтарных глаз. Её пальцы скользнули по холодному полотну, словно пытаясь прочувствовать скрытое в нём тепло, дотянуться до самой сути изображённого на нём человека... нет, дракона в человеческом облике.
Дворецкий беззвучно кивнул, его лицо оставалось бесстрастным.
— Красивый, — тихо произнесла Даша, не в силах отвести взгляд от портрета. Её пальцы невольно задержались на холсте, словно желая проникнуть сквозь время и пространство к изображённому мужчине. Она поймала на себе ошеломлённый взгляд Фаины, в котором читалось настоящее потрясение. Воздух между ними словно сгустился от напряжения и непонимания.
Девушка искренне не могла осмыслить того, что только что произнесла Даша. "Дракон — это демон, самый страшный демон на свете, из-за которого ты будешь гореть в аду вечно. Как он может быть красивым?" Эти мысли ясно читались на лице служанки, её пальцы непроизвольно сложились в защитный знак, а губы беззвучно зашевелились в молитве. Даша почувствовала неловкость от этой реакции, но быстро отстранилась от этого чувства. На неё нахлынула приятная волна понимания. Дворецкий ничего не сказал и не поправил её, когда она произнесла имя хозяина. Значит, хозяина замка действительно зовут Дарен, как и говорила Марлен. Почему-то Даша в глубине души всегда знала, что это именно он.
— А эта девушка? — Даша вопросительно посмотрела на дворецкого, указав на изображение темноволосой красавицы с такими же, как у Дарена, зелеными глазами, в которых, однако, светилась озорная искра, совсем не свойственная её брату.
— О, это сестра хозяина, — ответил Хеннинг, и в его голосе впервые промелькнула нотка грусти. — Она пропала много лет назад. Хозяин до сих пор не теряет надежды найти её.
«Брюнеткой Марлен явно лучше», — усмехнулась про себя Даша, глядя на иссиня-черные волосы женщины на портрете, так контрастирующие с нынешними рыжими локонами её подруги. Ей показалось, что эту самую фразу она уже когда-то произносила, может быть, во сне или в каком-то забытом разговоре. Но где именно, совершенно не могла вспомнить. Это ощущение дежавю заставило её поёжиться, словно по спине пробежал холодок.
— Вы сказали, что она пропала. Как давно это случилось? — поинтересовалась Даша, пытаясь справиться с внезапным приступом любопытства. Что-то подсказывало ей, что этот вопрос имеет прямое отношение к её собственной судьбе.
— Около пятидесяти лет назад, — ответил дворецкий, бросив взгляд на портрет. — Я тогда здесь ещё не служил по понятным причинам. Поэтому госпожу никогда не видел лично. Но хозяин о ней всегда отзывается с необычайной теплотой.
Даша улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Но почему Дарен так упорно избегает встречи с ней? Этот вопрос жёг Дашу изнутри, требуя немедленного ответа. Но она понимала, что дворецкий, при всей его учтивости, не сможет или не захочет ответить на него.
Меж тем незапланированная экскурсия продолжилась. Пройдя через анфиладу комнат с высокими потолками и старинной, но прекрасно сохранившейся мебелью, делегация из Даши, Фаины и Хеннинга оказалась на внешней галерее, выходящей во внутренний двор замка. Приятный свежий порыв ветра мгновенно освежил разгорячённое от быстрой ходьбы лицо Даши, играя с её волосами и заставляя платье трепетать, словно флаг на ветру.