Ее сердце забилось быстрее, когда она поняла значение этой находки. Дарен действительно приходил к ней ночью! Волна волнения и предвкушения охватила Дашу, когда в ее голове начал формироваться план, как поймать дракона с поличным. Глаза девушки загорелись решимостью, и легкая улыбка тронула ее губы — она чувствовала, что совсем скоро сможет встретиться с хозяином замка.
— Я расскажу тебе об этом в следующий раз, пора просыпаться, — мягко сказала Марлен.
— Марлен, спасибо! — Даша почувствовала, как её охватывает волна благодарности. — И знаешь что? Брюнеткой тебе было лучше.
Чёрный туман начал рассеиваться, и Даша ощутила, как реальность затягивает её обратно. Она открыла глаза, щурясь от лучей позднего осеннего солнца, лениво пробивающихся сквозь неплотно задёрнутые шторы. Потянувшись, девушка почувствовала приятное тепло, разливающееся по телу. Комната дышала уютом: камин уже потух, но лёгкий аромат тлеющих угольков всё ещё витал в воздухе, создавая атмосферу умиротворения.
Даша опустила босые ноги на мягкий ковёр, заботливо постеленный Фаиной у кровати. Внезапно она ощутила что-то острое под ступнёй. Наклонившись, подняла странный предмет. В первый момент не могла понять, что это такое — нечто, напоминающее стеклянный лепесток. Присмотревшись внимательнее, Даша с удивлением осознала, что держит в руках чешуйку размером с большой палец.
Её сердце забилось быстрее, когда она поняла значение этой находки. Дарен действительно приходил к ней ночью! Волна волнения и предвкушения охватила девушку, когда в голове начал формироваться план, как поймать дракона с поличным. Глаза Даши загорелись решимостью, и лёгкая улыбка тронула губы — она чувствовала, что совсем скоро сможет встретиться с загадочным хозяином замка.
Глава 12. Любовные игры
Солнце лениво ползло по небосводу, а Даша не находила себе места. Каждая минута растягивалась мучительно долго, словно густая древесная смола, застывающая на коре. Девушка то и дело бросала взгляд на изящные часы, украшавшие тумбу — искусное сплетение дерева и металлических вензелей. Она жаждала скорейшего наступления ночи. Сердце трепетало от предвкушения и надежды — возможно, именно сегодня Дарен появится вновь.
Чтобы унять нетерпение, Даша решила выйти на прогулку. Свежий воздух наполнил лёгкие, а ласковый ветерок играл прядями её волос. Она неспешно брела по извилистым дорожкам, наблюдая за суетой вокруг. Слуги, подобно трудолюбивым муравьям, сновали туда-сюда, погружённые в свои повседневные обязанности.
Внезапно девушка ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Она замерла, пытаясь определить его источник. Кожа покрылась мурашками, а в груди что-то сжалось от волнения. Медленно обернувшись, девушка посмотрела на самое высокое окно башни, возвышавшейся рядом с крылом, где располагалась её комната. Узкие, но высокие окна игриво поблескивали в лучах солнца. Даша вспомнила рассказы дворецкого и Фаины о том, что именно здесь обитает хозяин замка.
Прищурившись, она попыталась разглядеть силуэт в одном из окон, но расстояние было слишком велико. Лишь игра света и тени на стекле да колышущиеся от ветра плотные шторы привлекали взгляд. Даша вздохнула, отгоняя навязчивые мысли. Возможно, это всего лишь игра воображения, разыгравшегося от ожидания ночной встречи. Тряхнув головой, словно прогоняя наваждение, девушка продолжила свою прогулку. Уличные звуки постепенно успокаивали её, но где-то в глубине души всё ещё теплилось ощущение чьего-то незримого присутствия.
Высоко в башне, за тяжёлыми бархатными шторами, стоял Дарен. Его ярко-зелёные глаза, острые, как у хищной птицы, неотрывно следили за хрупкой фигуркой Даши, блуждающей по двору его замка. Драконье зрение позволяло ему различать мельчайшие детали. Это было не первое его тайное наблюдение, и каждый раз оно пробуждало в нём бурю эмоций, с которыми он не мог совладать. С той самой ночи, когда его пальцы впервые коснулись нежной кожи девушки, Дарен чувствовал, как постепенно теряет контроль над собой. Желание повторить этот момент преследовало его, словно неотступная тень, заставляя сердце биться чаще, а кровь — закипать в венах.
Дракон отвернулся от окна. Он чувствовал отвращение к себе, к этой слабости, которая овладела им впервые за долгие годы существования. Тяжело опустившись в кресло, Дарен прикрыл глаза, позволяя воспоминаниям захлестнуть его.
Перед мысленным взором возник образ матери — прекрасной и печальной. Её любовь к отцу-дракону и детям боролась с глубоко укоренившимся страхом и верой в то, что она обречена на вечные муки за связь с "исчадием ада". Дарен помнил её нежные объятия и одновременно затравленный взгляд, которым она смотрела на него и сестру. Отец до безумия любил её, несмотря ни на что. Он готов был простить ей всё, старался окружить заботой, но век человека слишком короток для могучего дракона. После смерти супруги отец, сломленный горем, улетел в бескрайние северные пустоши, оставив Дарену и Марлен замок и могилу матери.