За порогом их встретил лишь призрачный лунный свет, пробивающийся сквозь витражные окна. Бледные серебристые лучи, рассеивающие мрак, создавали причудливую игру теней на древних стенах, расписанных фресками неведомых существ. В скудном освещении Стефания могла различить лишь неясные очертания массивной мебели, скрытой под пологом тьмы. Воздух здесь казался ещё тяжелее, наполненный ароматами времени, пыли и чем-то неуловимо чуждым, древним, нечеловеческим.
Девушка сделала судорожный вдох, собирая остатки самообладания. Её ноги, тяжелые как свинец, едва повиновались, когда она шагнула через порог в неизвестность. Каждый нерв в её теле был натянут до предела, готовый отозваться на малейшую опасность паническим бегством.
Дворецкий, не проронив ни слова прощания или напутствия, плавным движением закрыл за ней дверь. Звук тяжелого засова, отрезающий путь к отступлению, прозвучал для Стефании как последний удар погребального колокола, окончательно отделяя её от прежней жизни, от надежды, от будущего.
Глубокий вдох. Медленный выдох.
Тишину нарушал лишь бешенный стук сердца, отсчитывающее последние мгновения.
Глава 2. Офисные игры
Заголовок21/200
Текст ПолужирныйКурсивПодчеркнутыйЗачеркнутыйОттипографитьВыровнять по
- По левому краю
- По центру
- По правому краю
- По ширине
ЦветаЦитатаВставить изображениеУдалить форматированиеПолноэкранный режимПросмотр HTML-кодаОтменитьПовторить
Дарья резко открыла глаза. Звуки и образы только что закончившегося сна растворились в полумраке комнаты. Лёгкая дрожь пробежала по телу. За окном уже светало, и этот, пока не слишком яркий свет медленно растекался по пространству комнаты.
Девушка бросила взгляд на часы: 5:29. Через минуту прозвенит будильник, возвещая о начале очередной рабочей недели.
Она медленно поднялась с постели и неспешно подошла к окну. В последнее время её ночи были наполнены странными, тревожными сновидениями, оставлявшими после себя лишь смутные воспоминания и гнетущее ощущение. Но среди этого мрака в её памяти отчётливо застыл образ змеиных глаз — жёлто-зелёных, пронизывающих, словно рентгеновские лучи.
Дарья чувствовала себя неуютно, пытаясь вспомнить больше деталей, поэтому практически сразу отбрасывала эти попытки.
«Кажется, стоит сегодня позвонить своему психологу», — подумала она.
В свои двадцать пять Дарья старалась вести совершенно обычную жизнь и ничем не выделяться, хотя буквально несколько лет назад купалась в славе и деньгах, будучи популярным блогером. Жизнь была наполнена роскошью до определённого момента. Трагическое событие полностью изменило её судьбу. Даше потребовалось много времени, сил и денег, чтобы вернуть себя. Она буквально заново научилась жить.
Каждый новый день Даша проводила точно так же, как и предыдущий: зарядка, душ, завтрак, подбор одежды и макияж. Её жизнь была устроена по чёткому расписанию, где каждая минута планировалась заранее. Одежда раскладывалась по дням недели на весь месяц вперёд. Каждая вещь в её квартире располагалась строго на своём месте. Таким образом соблюдались порядок и контроль в её размеренной и однообразной жизни.
Каждый день Даша отправлялась на работу по одной и той же дороге, которая занимала примерно пятнадцать минут от её дома. Любые изменения, даже самые незначительные, вызывали у неё дискомфорт и тревогу.
Девушка собрала свои светло-русые волосы в хвост, нанесла лёгкий макияж, слегка подчёркивающий её карие глаза. В этот день она выбрала тёмно-синее платье, чёрные туфли на небольшом устойчивом каблуке и чёрную сумочку средних размеров, завершающую образ скромной офисной работницы.
Дарья — девушка среднего роста, с приятной фигурой. В её внешности преобладали мягкие славянские черты.
Она жила одна в своей квартире на окраине столичного города. Работала в небольшой фирме, где помимо ненапряжной работы сотрудники имели сомнительное удовольствие наблюдать за любовными играми руководства.
Руководство — это директор Василий Фёдорович и его заместитель Максим Игоревич. Оба — мужчины в самом расцвете сил, приятной внешности и с солидным финансовым положением. Василий Фёдорович — жгучий брюнет, Максим Игоревич — светлый, словно античный Аполлон. У обоих были пронзительные голубые глаза.