– Нда... – Рик отполз в сторону. – Это надо переварить...
Вспыхнула магия, закружилась вокруг ветер, сформировался зелёный вихрь и закрутился вокруг сидящего парня. Магии было больше, чем в прошлый раз, за зелёным коконом его перестало быть видно. Вылез из кокона Рик. Волосы и глаза чёрные, в глазах всё ещё вспыхивают оттенки зелёного. На лице опешившее выражение, волосы практически стоят дыбом.
– Напомни, ты кто будешь? А то за выпиванием крови чего-то склероз разыгрался... – спрашивает уже не светлый Рик, а очень даже тёмненький.
– Значит, теперь ты Тёмная нечисть, – ехидно бросил демон.
– Рыжая звучит лучше… А ты кто? – задал мальчик вопрос Летописцу.
– Я собиратель историй, Летописец.
– Летописец, которого скоро сожрут драконы, – пояснил Котик.
— Драконы... Пытались. Только где они, эти драконы? – усмехнулся Алсад. – Хочешь, Когтистый историю расскажу?
– А давай! – когтистый воодушевился.
– Я хочу! История! – подпрыгнул к нему мальчик.
– Ты помнишь, как мы с Владом разыграли Тари? Мне твоё лицо вроде знакомо, но я не уверен, – влез Марк в разговор.
— Помню, – Алсад подмигнул юноше. - Я всё помню.
– Мммм... Знаете, я тут вспомнил, что мне срочно нужно... В туалет, да. Именно туда. В смысле, в лес. Простите, извините, пропустите, уберите ноги...– Рик оглянулся, улыбнулся и исчез в чёрной вспышке.
— Стой, стой... А история? Эх... Убежал...
– Дети, они такие, – философски заметила девушка.
– Слишком медленно ты истории рассказываешь, – фыркнул демон.
— Кстати... А все знают о необходимости ежедневных жертвоприношений местному... Хм... Ну назовём его богом, для ясности… – протянул Летописец, обводя всех взглядом.
– Впервые слышу!
– Каких жертвоприношений? – испуганно вздрогнула Птица.
Алсад встал:
— Идёмте, покажу.
Махнул рукой и направился к берегу, оглядываясь назад, чтобы понять кто за ним пошёл.
Котик, похоже, любил знать, что не знают другие, поэтому пошёл следом. Птица пошла за ним, ухватив демона за лапку.
— Он правду говорит?
— Пошли посмотрим, – хмыкнула Хозяйка.
– Ну, если летописец, то должен говорить правду, – сказал Котик задумчиво и проворчал. -- Только попробуй понять, что говорит это порождение Бездны.
– Я человек, – отозвался Алсад. – Обычный человек.
– Я надеюсь, тебя съест дракон.
У границы пляжа и леса. На небольшом пригорке стоял высокий деревянный идол, вырезанный из ствола толстого дерева. Черты лица этого существа были довольно милыми и напоминали альпаку, но вот выражение его сулило мало хорошего тому, на кого обратится его взор.
— Пытался. Подавился и помер, – отозвался Летописец, обладавший отменным слухом.
– Человечина оказалась невкусной? – усмехнулся демон.
– Зубки оказались слишком хрупкими…
– Старым был, наверное.
– Этот ещё ничего добрый. Где-то, должно быть, ещё два идола. Вот их увидишь. Даже у меня мороз по коже, – заметила Злата.
У подножия истукана на небольших столиках оказались разложены предметы для письма. Именно «предметы», потому как, кроме бумаги и прозрачных карандашей, были здесь и береста, и глиняные дощечки, и выделанная кожа разных животных... а может, и не только животных...
– Мы будем писать? — поднял бровки демон.
— А ты догадлив, Когтистый, когда перестаёшь притворяться шалопаем с маниакальными заскоками...
– А ты можешь нормально говорить, летописец, когда захочешь!
— Могу. Но так неинтересно — Алсад подмигнул. — У каждого есть маски...
— Мы ДОЛЖНЫ писать. И мы. И обычные люди с дальнего пляжа, и тихони из пещеры. Всё. И если до полуночи не напишем хотя бы часть истории, то он придёт... Эльф ты, маг, человек или демон... Этому богу всё равно.
– Пишу я, пишу. Зачем, думаешь, я просил нашего бож-жка выбрать число. Ну, он выбрал, – усмехнулся демон.
Он взял со стола пожелтевший лист и карандаш с надписью «ТМ».
— Так что пойду я, чего-нибудь нацарапаю... Если, что, ищите у разбитого корабля.