Птичка протянула Рику паутинку в рамке веточки.
– Прикрепишь пёрышки? Следующий будешь плести сам. Для друга, – протянула нитку.
– Я не ищу определённые способности, я ищу себя. Возможно, к своей сущности я была ближе, когда стала Сирином. Но, всё надломилось. Сила и облик не меняются просто так.
– Ага! – аккуратно взял изделие, на душе становится так хорошо, ему нравится этот процесс, делать что-то руками, он редко таким занимается, – нежно прикрепляет пёрышки, поглаживая их.
Мэри кивнула:
– Поняла. Я только хотела сказать, что, возможно, смогу вернуть тебе прежние силы. Если захочешь.
— К слову о способностях, — Накамура резко вышел из транса. — Что-то у тебя всё же осталось, иначе ты бы не смогла бы меня успокоить. Спасибо тебе за это. И, ребят, да у вас талант просто, — парень криво ухмыльнулся. — Из медитации разговорами меня никогда ещё не вытаскивали.
Роза вздрогнула и проворчала что-то под нос.
«Мы просто очень громко думаем. Он слышал или мне повторить свои извинения? Получится ли у меня ещё раз?» – огорчился Рик.
Птичка озадаченно уставилась в глаза Мэри:
– Возможно, это будет только ускорение процесса восстановления. Ты, я думаю, считаешь также... я не помню, что случилось, но силоощущение сильно поменялось, когда я в одиночестве проснулась в холодной хижине. Но то, что огонь со мной не конфликтует, говорит, что что-то да осталось.
Протянула руку к костру, несколько языков пламени потянулись навстречу. Волшебница кивнула.
– В том числе. К тому же, часть той энергии осталась в перьях. Её можно оттуда забрать, немного усилить и вернуть тебе.
Поняла, что повторила часть мысли Накамура, смутилась.
– Как ты, Mon cher?
— Как труп на солнышке, — ухмыльнулся парень. — Моральных сил поприбавилось, но ощущения лишь притупились. Это пройдёт, всё будет хорошо, мон ам.
– Честно, я тогда заткнул бы это отродье. И я бы сделал это очень и очень болезненно, – начал говорить демон. – Но я не стал, потому что тебе бы тогда стало хуже.
«А это бывает, когда сильный-пресильный стресс... Я идиот» — присоединяет последнее перо к ловцу, то, что недавно выдернул.
Птичка посмотрела на мальчика.
– Ты доделал?
— Я даже знать не хочу, что ты там хотел сделать, — проворчал он. — Роза, сестрёнка моя, не ворчи, я очень тебе благодарен, и ты опять меня спасаешь от едущей крыши. Спасибо тебе.
– Пожалуйста, – донеслось из хижины. Оттуда же полетела конфета в сторону брата.
— Дурдом, — резюмировал он. — Лучше я ещё помедитировал бы. Все обижены, все от меня что-то требуют.
– Я не обижена. Просто я боюсь тебя обнимать, вдруг нас опять не так поймут, – немного язвительно закончила Мирос.
Птичка обиженно подняла взгляд:
– Я только хочу поговорить, а вот сестра реально требует. У неё недостаток внимания.
– А ты ревнуешь? Думаешь, шестнадцатилетняя девчонка заинтересована в двадцатишестилетнем парне?
– Мне это не интересно. Не мои проблемы, – сказала Птичка абсолютную правду.
– Тогда к чему камень в мой огород? — улыбнулась Роза.
– Потому что тебе реально не хватает внимания, нелогичная твоя голова, – хищно улыбнулась та.
– Бывает. Я любимая младшая дочь в семье. Привыкла, что все ходят за мной по пятам и я долгожданный лекарь клана. Все мои прихоти исполняются. Естественно я люблю внимание. Нака приятный парень, к тому же собрат лекарь. Меня устраивает, что я нашла названого брата в этом кошмаре, – спокойно пояснила Мирос.
Демон вздрогнул, но не смотрит, лишь ниже опустил голову, мальчику хотелось убежать, как он всегда и делал... Но одновременно он не хотел убегать ото всех этих таких интересных и милых существ, разве что от демона он бы предпочёл оказаться подальше. Слишком уж было неуютно от его присутствия.
– Ты чего? Что случилось? – Птичка приобняла Рика и забрала готовый ловец. – Вышло неплохо, правда? Будем продолжать плести?
Она сходила к кромке леса и принесла ещё веток. Украдкой взглянул на Котика и резко отвёл взгляд, Рику казалось неправильным, или вернее слишком смущающим... он не знал, как понять это чувство. Но плести сейчас для демона при нём же? Но просто сплести, наверное, можно, но он ведь не хотел просто. Он посмотрел на птичку: