– Детей любят просто потому, что они дети. Знаешь, это как с котятами — на них смотрят, они милые, ничего не знают, доверчиво льнут, и всё — их любят…
Он положил левую руку на плечо Рика. В правой был ловец. Демон сжимал ловец, думая о том, что контролировать себя он теперь сможет. Котик был благодарен Рику. Очень сильно.
– Тебя никто не разлюбит. Даже если узнают обо всём.
– Хм. Ты странный. Но мне стало уютненько, – Рик с хитрицой посмотрел на руку. «Кажется это первый раз, когда он сам подходит...» Скажи, Котик, я достойно играл свою роль ребёнка? – ехидно спросил Рик, выпрямляя коленки, сбросил руку, посмотрел вверх на демона. – Ты чего такой высокий? Садись давай…
– Ты совершенно никудышно играл свою роль, – усмехнулся он.
– Тц... Вредина... И где я прокололся?
– Мне кажется - на выпивании крови, – весело сказал демон.
– Ну тут уж я не виноват, – развёл руками в стороны, важно сказал: – физиология.
Глава 21
Каждое утро начиналось одинаково. Нака вышел к костру, потягиваясь и потирая глаза. Его хорошее настроение выплёскивалось через край и расходилось еле заметным свечением. Он сел перед костром и начал свой утренний ритуал: варка кофе
— Неужели я один привык вставать так рано? — удивился он. — Наверное, да. Нужно бы пожарить гренки…
Закончив с кофе, он приступил к задуманному. Роза вышла из леса с луком в руках и прошла к костру.
— Ты умеешь стрелять, сестричка? — поинтересовался парень, переворачивая гренки. — Присаживайся, гренки скоро будут готовы. Как спала? И почему так рано встала?
– Умею. Это... расслабляет. Особенно если представляешь на месте мишени головы тех, кто тебя раздражает. – она села рядом. – Снилась всякая чушь. Кажется, я вчера потратила слишком много положительной энергии. Поплакать хочется.
— Забавно, что я так не могу, — усмехнулся Накамура. — Не могу представить раздражающих людей перед клинком, хотя я вообще не умею долго злиться на кого-то, не вижу смысла, — он скинул готовые гренки в тарелку и подвинул её сестре. — А плакать нужно, если организм требует, говорю, как ментальный лекарь.
Девушка пристально посмотрела на брата.
– Тоже думаешь, что у меня дефицит внимания? Не пожалеешь, что согласился стать названым братом? – она отложила лук, вглядываясь в глаза брата.
— Я ни о чём не жалею, — улыбнулся парень. — А насчёт внимания… У тебя не было старших братьев, да?
– Есть. Поэтому я и привыкла, что он всегда рядом, – Мирос взяла гренку. – Но это не ответ. Мне шестнадцать, я росла как маленькая принцесса. Конечно, я привыкла быть в центре внимания. С возрастом это пройдёт.
— Я просто хочу сказать, что из-за того, что твой старший брат не рядом с тобой, ты ищешь поддержки у тех, кого подсознательно считаешь безопасными. Это не плохо и не страшно, просто это реакция твоего подсознания, здесь нет ничего такого, — он снова улыбнулся и потрепал сестру по волосам. — И если уж ты приняла меня как брата, то как старший и ответственный брат, я советую тебе поесть. А мне двадцать шесть и меня растили как наследника, обязанного знать всё и обделённого нормальным родительским вниманием. У меня не было братьев и сестёр, даже дальних, и я, сколько себя помню, мечтал о большой семье, любящей и понимающей.
Она откусила от гренки, уткнулась брату в плечо и пустила несколько слез, всхлипнув.
– Значит, тебе это не доставляет неудобств? – глухо спросила, не отрываясь от плеча брата.
— Вообще нет, — он приобнял сестру. — Я даже рад, что у меня есть такая взрослая и самостоятельная сестрёнка. Не думай о моих неудобствах, это не так важно.
Роза похлопала себя по щекам и принялась усиленно грызть гренку, запивая кофе.
– Мне важно, — девушка обняла брата одной рукой и посмотрела на него, утирая слёзы второй. — Я слишком зависима от снов иногда. Это не хорошо. Спасибо тебе.
— Знаешь, я могу поделиться с тобой своим хорошим настроением, — предложил парень. — У нас есть такой простенький ритуал, Дар Гейши, доступен всем. Хочешь?
– А ты?
— А что я? — удивился парень. — От меня не убудет.
– Я хочу обнимашек, мне становится лучше, – она задумалась. – Но это наверное красивый ритуал.