-Кхм, мне надо домой, - с грустной улыбкой сообщил блондин. Он посмотрел на Хатаке и не увидел в их лицах облегчения, как бывало каждый раз, когда он покидал других. Они взглянули на него так обычно. Будто они встречались и прощались вот так каждый день. Всё было просто нормально.
-Ну ладно, увидимся завтра, - ответил Кэтсу. Лира же сложила руки на груди, подняла бровь и сказала:
-Меня Лира зовут если что.
И тут до Акиры дошло, что его поведение сегодня было до безобразия глупым, ведь он ревновал девушку, имя которой забыл спросить.
-Акира. Приятно было познакомиться.
-Не сказала бы, что это взаимно, - на этот раз девушка не стала сдерживать улыбку. И раз уж всё сложилось именно так, она решила сделать то, что не давало ей покоя полдня, - и всё же…прости, что сбила тебя сегодня.
Сердце Акиры вновь пропустило удар. Надежда на расположение девушки прокралась внутрь и пустила там свои корни. «Теперь-то я точно не отступлю». Яманака лишь улыбнулся в ответ и молча пошёл к выходу.
-Эй, неуклюжая, когда ты успела?
-Утром, когда ждала тебя, чуть не пришибла его дверью и почти сбила с ног, - об остальных подробностях она решила умолчать. Брату необязательно было знать об их «объятиях».
-А я-то думаю, почему он ведёт так, будто у него с головой не всё в порядке.
-Нет, наверняка он всегда такой. Видимо придётся привыкать.
Их диалог был абсолютно непринуждённым. Но посмотрев друг на друга, они рассмеялись. Чисто, искренне, на весь зал. Они были счастливы в этот момент и радовались маленькой победе Кэтсу вместе. Они оба хотели скорее сообщить эту новость родителям. Лира, позвонив маме, услышала просьбу зайти в дом, где она работала, и забрать ужин для них и отца, а заодно и послушать важные новости от детей.
Акира также хотел рассказать всё бабушке. Асами-сан говорила, что люди в таком состоянии ещё могут нас слышать. Да и нет ничего такого в том, чтобы излить душу человеку, даже когда он не ответит, если тебе от этого полегчает. Юноша быстро добрался до дома и, не переодеваясь, зашёл в комнату к бабушке. Он ожидал совсем других чувств внутри. Акира хотел поделиться с ней радостными новостями, улыбаясь рассказать о глупостях сегодняшнего дня, но услышав размеренные писки приборов в тишине затемнённой комнаты, его сердце, глухо застучав, упало, кажется, в бездну. В той бездне реальность происходящего зияла чернотой, высасывая всю радость, совершенно не оставляя воспоминаний о ней. Он будто вообще не выходил из этой комнаты. В груди ныло точно так же, как вчера. Улыбаться, а уж тем более смеяться не хотелось. Хотелось просто грустить о неизбежном. Акира подошёл к постели худой старушки. Её лицо будто высохло, щёки немного впали, губы были бледными, а кожа - тонкой. Она действительно умирала. «Она уже мертва». От желания наладить свою жизнь не осталось и следа, хотелось просто сесть рядом с бабушкой и не двигаться, что Акира и сделал. Взяв Фумико за руку, юноша сел на пол, прижался лбом к её ладони и замер, не осознавая того. Он задержал дыхание в попытках совладать с собой, но он не хотел сейчас притворяться. Не перед кем. И он снова дал волю чувствам. Горячие слёзы лились на постель, оставляя мокрые отпечатки боли, что вырывались из души солёными каплями. Ах, если бы боль могла просто выйти из тела вместе со слезами, криком, словами. Но она продолжала сжигать твоё сердце, не оставляя в нём места счастью и светлой жизни.
«Неужто так будет всегда?». Если Акира будет испытывать такое снова и снова, то лучше... «Нет, я не могу её оставить. Не хочу сбегать. Я должен быть с ней до конца». Он знал, что все ждали лишь приезда семьи Геллерт, чтобы они могли тоже попрощаться с Фумико. Но никто не знал, сколько придётся ещё ждать. Как говорит его мама, сестра никогда не даёт конкретного ответа об их приезде, и что нужно ещё немного времени. Ему, конечно, было очень тяжело отпускать бабушку, но глубоко внутри он боялся, очень боялся того, что даже если она спокойно лежит в своей кровати, её разум и душа не могут найти покоя и ожидают, когда они будут, наконец, свободны. Тем не менее, решение отключить аппараты жизнеобеспечения было нереально сложным. И неопределённость Минами была отличным предлогом, чтобы отложить этот вопрос.
Акира просидел в такой позе достаточно долгое время. Он почувствовал, как его тело онемело, голова болела, а глаза защипало от пролитых слёз лишь после того, как ему пришлось пошевелиться. Он услышал дверной звонок, а после просьбу Асами открыть дверь. Делать было нечего, ему нужно было встать, ведь если она попросила подойти, значит это было необходимо. Потому что её просьбы не были пустыми, и Акира всегда с готовностью шёл на помощь. Ведь Асами-сан заботилась о его бабушке, да и ему самому женщина старалась быть другом. Она никогда не лезла к нему, когда тот был не в духе, а лишь, готовя ужин, рассказывала о красивых вещах мечтательным голосом, таким образом, отвлекая его.