– Да в школу только пошли…
Сирил резко отвернулся. У Ширлы взгляд тоже потемнел… А Джек вспомнил наконец, о чём просил Альфред Росс, когда оказался перед Неблагим.
…сына я не верну, но этого ублюдка, который подрезал его байк и уехал, я бы пристрелил на месте.
«Значит, всё-таки память, – подумал Джек. – Интересно, если Росс победит, она вернётся?»
И – на мгновение – страстно пожелал ему никогда не побеждать.
– Следующий тур, тянем карты, вскрываемся. И… Джек! – возмущённо вскинулась Ширла, оглядев карты. – Имей совесть, а?
– Отвлёкся, – сконфуженно откликнулся он, мельком глянув на туз у себя в руке. – Ладно, а у кого самая маленькая карта?
Эшлинг молча показала пятёрку червей.
– Видимо, у меня.
– Оу… Ну, значит, спрашиваю тебя, – протянул Джек, лихорадочно пытаясь сообразить, чего бы такое узнать. На ум пришло только самое очевидное. – А откуда у тебя шрам?
Эшлинг рефлекторно потёрла щёку – и вздрогнула, нащупав шрамы, так, словно забыла об их существовании.
– Повздорила с одним пузаном в трактире, заступилась за подавальщицу. Думала, пригрожу ему мечом, он и прикусит свой поганый язык… А он оказался важным человеком. Одного-то или двух противников я б одолела, но не полдюжины. Меня с ног сбили, за волосы отволокли к камину, и… – она осеклась и снова потёрла лицо. – Может, и запытали бы до смерти, но их трактирщик отвлёк, долгих ему лет жизни. А я через окно перевалилась, взобралась на лошадь – и в путь. За мной погоня… А мне хоть и дурно было, но всё же я вспомнила: народ шептался, что в деревне Потерянных Голосов, что в дне пути оттуда, новая королева, и особенно она привечает, мол, женщин. Не для себя новости собирала, но они мне же и пригодились, – добавила Эшлинг, растерянно оправляя синий плащ с серым подкладом, такой же, какой носили вестники из Книжной башни. – Что-то словно бы в ухо мне бормотало, езжай да езжай. Так и продержалась… Те люди за мной шли по пятам. Я всё думала, а что, если слухи врут, и меня не пустят в деревню? Но пустили. Королева сама на встречу вышла, с плетью, прямо к тому важному пузану…
Джек вспомнил разговоры в трактире у перекрёстка – и во рту резко пересохло:
– Жюли засекла его насмерть?
Эшлинг усмехнулась, и лицо у неё сделалось злое.
– Да если б! Хотя слухи такие и бродили. По бокам она отходила его знатно – и погнала прочь. А я… я осталась в деревне. Меня скоро вылечили, на ноги поставили, вот только шрамы и остались. С тех пор я только и хотела, что добром отплатить на добро, потому и вызвалась идти сюда… Тянем карты?
На сей раз Джек подошёл к вопросу жульничества обстоятельно и употребил все свои навыки на то, чтобы вытянуть тройку червей. Он немного побаивался, что Сирил с его извращённой удачей вытащит двойку, но обошлось. Зато у Ширлы оказалась дама треф – ведьма с хитрым прищуром, которая при повороте карты как будто подмигивала.
Альфред Росс тут же поднял кружку с мятным настоем, салютуя, и все так быстро и радостно последовали его примеру, что Джеку даже стало немного обидно.
«Можно подумать, я такой везучий специально».
– Наконец-то! – расхохоталась Ширла и с предвкушением потёрла руки. – Ты не поверишь, но у меня миллион вопросов… Ладно, начнём с простого. Расскажи о своей семье и всё такое. Ты случайно не дальний родич Эйлахана? Он упоминал какую-то лисицу из своей свиты…
Перед глазами промелькнул образ – рыжий мех, зелёный склон, цветущий клевер; улыбка женщины, мягкие, ласковые руки… Но Джек мотнул головой, отгоняя фантомное воспоминание, и улыбнулся:
– Это вряд ли. Родичей по материнской линии я правда не знаю, она то ли сбежала из дома, то ли была сиротой… Но отец у меня был самый обычный. Зато он был из состоятельной семьи, так что учился в престижном колледже, завёл кучу связей и без проблем организовал собственный бизнес. Ему вообще всё удавалось довольно легко… ну, кроме последних лет.
Джек сделал паузу. Отчего-то очень хотелось пить, но мятный настой в чашке уже закончился, а за водой надо было лезть в сумку – в одной из фляжек точно что-то оставалось, и…
«Я ведь сто лет никому не рассказывал об этом, – пронеслось в голове. – Не байки о моих скитаниях и всё такое, а просто о семье».
Пауза затянулась.
– Был? – спросила Ширла тихо.
Лицо у неё стало серьёзным.
Джек сглотнул.
– Он… он умер чуть больше пять лет назад. И мама тоже, но совсем давно. А мачеха… он женился на женщине с двумя дочерями, мне уже лет пятнадцать исполнилось тогда… В общем, мачеха не хотела, чтобы наследство досталось мне, а я… я не захотел участвовать во всех этих склоках и просто уступил ей всё.