— Это было близко, — прокомментировала грёзой Ромашка. — Если бы она поцеловала тебя в губы вместо ушей…
День промолчала, но тоже посмотрела на них так, словно видела всё своими глазами.
Леспок подошёл к Яне.
— Этот водоём называется море Сары, — начал он и живописал морские глубины в мельчайших подробностях. По мере того, как фавн говорил, он обнаружил, что Яне начинает интересовать его всё больше и больше. Она была привлекательной женщиной с замечательным талантом, и теперь он знал, насколько особенной являлась её луна. Влечение к Ночи никуда не делось, но то была страсть, а не любовь. Его чувство к Яне стало более высоким и платоническим. Он хотел остаться с ней навсегда и просто греться в лучах её присутствия. Это, как он вдруг осознал, и являлось любовью — чувством, которого фавн никогда раньше не испытывал. Оно отличалось от страсти, хотя что-то их и связывало. Если бы Яне ответила ему взаимностью и в страсти, любовь от счастья вспыхнула бы и распустилась в новое, великолепное, дополненное чувство. К счастью, она не показывала ни одного признака заинтересованности, хотя её луна нацелилась на него остриём, внимая истории.
— Теперь моя очередь, — сказала Яне, когда Леспок закончил. — Ты расписал всё в деталях и удовлетворил моё пожизненное любопытство. Не беспокойся о своём новом чувстве; оно скоро пройдёт. Вот информация, в которой вы нуждаетесь. Вы должны поговорить с полосами и объяснить им, что их предали. Что они не оказывают услуги, а крадут их — и, следовательно, вскоре уменьшатся.
— С полосами? — переспросил Леспок. — С линиями?
— С существами, которые их создают, — ответила Яне. — Их держат в подземелье и ничего им не говорят.
Над головой Леспока загорелась лампочка.
— Значит, если они узнают правду, то перестанут поддерживать линии, и те исчезнут вместе с могуществом колдунов?
Яне улыбнулась.
— Рада, что информация оказалась тебе полезной.
— Вот уж точно!
— Но как нам пробраться в замковые подземелья, чтобы поговорить с ними? — спросила Ромашка.
Леспок переадресовал вопрос Яне.
— Вам просто нужно найти Дж’ину, чей талант заключается в наведении сна, — подсказала та. — Она живёт где-то на красной стороне Пирамиды и охотно поможет, стоит только попросить. Как и Дж’фрайю, умеющую рисовать двери, которые действительно открываются.
— Но как нам найти Джину и Джеффри?
— Дж’ина — дочь великана Грэйбо и полукровки гоблин-гарпии Глохи. Большая невидимая крылатая гоблинка. Происхождение Дж’фрайи мне неизвестно, а живёт она на зелёной стороне Пирамиды. Боюсь, там вам придётся получить несколько одолжений и, соответственно, уменьшиться.
— Я готова на это пойти, — сказала Ромашка.
— Значит, так и поступим, — решил Леспок. — Огромное тебе спасибо.
— Не благодари; это был честный обмен.
Он осознал кое-что.
— Моё чувство… оно угасло. Я тебя больше не люблю. Не подумай только, что ты оказалась недостойной. Просто…
— Да. Оно пропало, когда я отплатила тебе равноценной услугой. Но теперь ты понимаешь, почему я отказалась помочь вам чуть раньше.
— Да! Это замечательное чувство, но оно должно пробуждаться своевременно.
— Верно. Я рада, что мы нашли способ обменяться одинаково ценными сведениями и теперь оба довольны.
— Я тоже рад, — с облегчением отозвался он. Если бы только чувство Ночи можно было выключить так же просто. Но он понятия не имел, какую услугу может оказать ей сейчас.
— Теперь мы должны вернуться на Пирамиду. Ты не возражаешь, если мы отправимся прямо отсюда?
— Ничуть. Мне ещё не приходилось наблюдать путешествия между мирами. Должно быть интересно.
— Наверное, — Леспок посмотрел на остальных. — Все готовы?
— Нет, — сказала День. — У меня ещё не появилось возможности оказать тебе услугу, чтобы мы с Ночью опять были на равных.
— У меня есть идея получше, — предложил фавн. — Что если я окажу Ночи услугу, чтобы её чувство уменьшилось? Я не могу ничего придумать, но, может, у вас получится.
— Возможно, — задумалась День.
— Нетушки! — запротестовала Ночь. — Меня и так всё устраивает.
— Но мы должны быть в равном положении, — упрекнула её сестра.
— Как давно Ночь оказала услугу Леспоку? — поинтересовалась Яне.
— Час назад, — припомнила День.
— Тогда уже слишком поздно. Услуги должны оказываться до того, как новые эмоции улягутся в душе.
— Значит, дело за моей услугой, — решила День. — Леспок, есть ли что-то, что ты действительно очень хотел бы знать о каком-нибудь живом существе?