Форменная жена? Леспок решил не уточнять.
— Нет, спасибо. Хлорка угостила меня запеканкой, и я до сих пор не хочу есть.
— От них просто лопаешься от сытости, — согласилась Вира. — Тогда я провожу тебя к выходу.
Она пошла впереди него к главным воротам замка. Путь к ним уже расчистили: ни рельсов, ни стены. Мост был опущен, а вода спокойно плескалась во рву без следа недавнего пламени. Очевидно, добрый волшебник мог изменять окрестности своего замка по желанию.
— Спасибо, — поблагодарил девушку фавн.
— Желаю, чтобы твоя цель увенчалась успехом, — ответила Вира с приятной улыбкой (какой контраст с демонессами!) и неожиданно смутилась: — Ох, почти забыла. Вот твоя сандалета.
Она протянула Леспоку выброшенную им обувку.
— Но она же превратилась в наоборотную! Как тебе удалось?..
— У доброго волшебника свои способы. Это хорошая сандалета; он подумал, что она тебе ещё пригодится.
А ещё больше пригодился бы хороший ответ на вопрос. Но этого он вслух говорить не стал.
— Спасибо, — снова поблагодарил он, и сандалета присоединилась к лежащей в суме товарке. Теперь у него снова оказалась целая запасная пара обуви.
— И это бери, — в её руке появился клочок бумаги.
Фавн взял и взглянул на бессмысленные каракули.
— Не могу прочитать.
— Добрый волшебник применил свой специальный почерк, — сказала она со значением, будто это было нечто особенное. — Уверена, что у него и на это нашлась отличная причина. Не потеряй; в своё время она может стать очень полезной.
Что ему оставалось делать? Он поблагодарил её в очередной раз и положил записку в суму.
Путь Леспока лежал к замку Ругна. Он обещал быть несложным, поскольку от доброго волшебника прямо к столице пролегала магическая дорога. Фавну показалось любопытным другое: когда он вышел из ворот, здесь снова царило утро, хотя проведённой там ночи он не припоминал. А это означало, что до замка Ругна он мог добраться уже вечером.
Какова вероятность подобной удачи? Леспок решил поинтересоваться мнением Ромашки на сей счёт. Идя по дороге, он прикрыл глаза, мысленно расчищая ей место.
«Ты тут, Ромашка?» — спросил он, не разжимая губ.
«Да, и всегда буду поблизости, пока продолжается моя служба», — отозвалась она, появляясь в его сознании черноволосой красоткой. Теперь он уразумел, что в человеческом облике она отражает свою лошадиную сущность: белые чулочки на ногах, чёрные перчатки на руках. И платье тоже чёрное.
«Я заметил, что, как только пускаюсь в путь, наступает утро, хотя уверен, что с момента, когда оставил своё дерево, прошло уже дня два. В этом замешана какая-то магия?»
Ромашка подумала.
«Поделись со мной своими недавними воспоминаниями. Может, мне удастся понять, что происходит.»
Тут Леспок нечаянно споткнулся и вынужден был открыть глаза. Её изображение пропало. Он решил, что играть в жмурки во время ходьбы — глупо, и сделал остановку.
«Сначала скажи: могу ли я видеть тебя, не закрывая глаз?»
В голове зазвучал её голос: «Да, если сможешь сосредоточиться. Освободи часть пейзажа в пяти шагах от себя — впереди и немного в стороне… или где хочешь, лишь бы ты продолжал видеть тропу. Представь меня на свободном месте.»
Он сконцентрировался, и, приложив определённые усилия, смог увидеть, как часть окружающей перспективы расплылась.
«Молодец, — подбодрила его Ромашка. — Продолжай в том же духе, пока идёшь, и мои очертания постепенно приобретут чёткость.»
Он так и поступил, и она сдержала обещание. Через какое-то время он смог разглядеть шагающую рядом с ним девушку.
«А кто-нибудь ещё сможет тебя увидеть?»
«Нет, только ты.»
«Это как смотреть на призрака.»
«Да. Только требует концентрации внимания.»
«Ладно. Теперь давай освежим события сегодняшнего дня в моей памяти», — Он припомнил начало своего путешествия вместе с демонессой Зире к Провалу. Затем — о его преодолении на спине драконьей задницы. Наконец, о прогулке до замка доброго волшебника.
«Ты прав, — признала Ромашка. — Всегда утро. Возможно, первое утро было работой Конопушки, потому что ты ей понравился. Она хотела дать тебе больше времени после того, как ты оказался достаточно мил для того, чтобы поцеловать её мышку, и обнулила твой день. Иначе тебе пришлось бы отправиться в путь после обеда. Второе утро началось, когда ты слез с драконьей задницы. Странное создание; я не могу понять, что оно собой представляет, и у меня нет доступа в его разум, хотя с Хлоркой раньше проблем не возникало. Она была довольно обычной девушкой, нахальной и капризной, с глуповатыми мечтами. А теперь вдруг стала невероятно привлекательной, умной и милой, живёт в Безымянном Замке вместе со своим драконом, и что творится в её голове, для меня сокрыто. Как будто она в одночасье превратилась в совершенно другую личность.»