— Он что-то разглядел, — заметила Ромашка.
— Интересно, что? — Леспок обошёл вокруг фигуры. Он обнаружил, что под определённым углом может увидеть в глазах огра отражение любопытного зрелища. Оно выглядело, как белый квадрат с розовой материей внутри; последняя в двух местах вздувалась.
И тут Леспок отключился. Через какое-то время он понял, что лежит на земле, а вокруг его головы крутятся маленькие планетки. Ромашка склонилась над ним, пытаясь помочь.
— Леспок! Что случилось?
Он попробовал говорить, но рот ещё не оправился после отключки. Ромашка опустилась на землю, осторожно взяла его голову и положила себе на колени. Она погладила его лоб, рука приятно прошлась меж рогов.
— Всё хорошо, — приговаривала она. — Просто расслабься. Физически ты, кажется, не пострадал.
Наконец, язык заработал.
— Как я мог быть в образе души? — спросил он.
— Леспок! — радостно воскликнула она. — Тебе лучше!
Затем нагнулась и поцеловала его. Удивительно приятный поцелуй, а прикосновение мягкой, но эластичной ткани блузки к лицу увеличило эффект.
— Ты такая заботливая, — сказал он. — Даже не припомню, когда в последний раз был окружён таким уютом.
Она заключила его в объятия, в своей манере, и на этом выражение радости завершилось.
— Ты меня напугал. Ты смотрел на огра-призрака, а потом вдруг потерял сознание. Что ты увидел?
Фавн вспомнил.
— Я видел отражение того, что видел он. То, что он разглядывал, находилось в Ксанфе. Это было…
— Да?
— Это были трусики. В окне.
Ромашка уронила его голову на землю.
— Тебе не стоило подсматривать!
— Извини, — сказал он в ожидании, пока перед глазами пролетит последняя планетка. — Я не знал, что это, пока не увидел. И всё равно это было просто отражение, а не оригинал.
— Ну, — отозвалась она, слегка смягчившись, — больше так не делай.
Он сел, потом поднялся на ноги. Огр всё ещё изображал статую.
— Думаю, теперь мы знаем, почему он так яростно бил эту гору. Он готовил платформу, чтобы, взобравшись на неё, разглядеть что-то внутри дома с бОльшим успехом. Когда он увидел окно…
— Там оказалась переодевающаяся женщина, — неодобрительно закончила Ромашка.
Внезапно замершая фигура огра свалилась с платформы. Он лежал навзничь, и над его головой крутились призрачные планетки — так же, как это только что происходило с фавном. По всей видимости, женщина отошла от окна, нарушив потрясающий вид.
— Кажется, у нас достаточно информации для доклада, — решил Леспок. — Идём обратно, пока Кэтрин не закончила свою сказку.
— Да, — суховато ответила она. Ромашка всё больше напоминала женщину и всё меньше — кобылицу, как поведением, так и внешностью. Леспок не был уверен, что эти перемены к лучшему.
Они оставили призрачного огра оправляться самостоятельно и поспешили обратно на запад. Подоспели как раз к самому концу жеребячьей сказки:
— И вот, огр силой вырвался из избушки и никогда туда не возвращался. И ужасные помои он тоже никогда больше не ел.
— Да, да! — согласился Огляд.
— Мы вернулись, — сообщил Леспок.
Кентаврица и огр с любопытством оглядели их с ног до головы.
— Ты выглядишь так, будто отходишь от шока, — сказала Кэтрин фавну.
— А ты выглядишь так, будто отходишь от ужасного оскорбления, — сказал Огляд кобылке.
— Вы оба прямо в яблочко попали, — мрачно признал Леспок. — Мы видели тебя в Ксанфе.
— Ты крошил гору в каменную пыль, — продолжила Ромашка.
— До тех пор, пока не смог посмотреть в окошко на трусики, — закончил Леспок.
Огляд был потрясён: — Я видел трусики?
— Правильно, — чопорно подтвердила Ромашка. — Ужасно оскорбительно. Тебе должно быть жутко стыдно за себя.
Огляд постарался стереть со своей физиономии поочерёдно отразившиеся на ней потрясение, восхищение и радость.
— Жутко стыдно, — согласился он. — Неудивительно, что возле границы я чувствую себя так приподнято.
Он взглянул на Леспока с выражением женщинам-не-понять. Тот мог ответить только лёгким кивком в надежде на то, что спутницы не заметят.
— Значит, теперь ты можешь нам показать, где искать огрицу Олди, — сказала Кэтрин. Будучи жеребёнком, она не выглядела расстроенной докладом так, как выглядела бы раньше; теперь он относился для неё к разряду Взрослых Тайн и просто не дошёл до понимания.
— Сюда, — одобрительно ответил Огляд и затопал на северо-запад.
Они последовали за ним, при чём кентаврица теперь взрослела прямо на глазах, и с каждым шагом выражение её лица становилось всё непреклонней. Суть доклада, к сожалению, начала постепенно доходить до неё, хотя кентавры обычно и не обращают внимания на подобные человеческие заморочки. Леспок знал, что обсуждать данное происшествие смысла нет. Огр был прав: некоторых вещей женщины просто не понимали. Может, это относилось к категории предосторожностей, иначе они наверняка отключились бы от осознания того, что именно скрывается у них под одеждой.