— Да, — чуть помедлив, согласилась День. — И они могут помочь нам с правильным наклоном. Но возьмут за это плату.
— Всегда надо платить, — философски пробормотала Ромашка.
— Чего они хотят? — устало спросил Леспок.
День снова погладила одну из синих белок в попытке понять.
— Каждый, кто что-нибудь отдаёт в этом мире, получает столько же, — она взглянула на своих спутников. — В этом есть какой-нибудь смысл? Кажется невозможным.
— А с невозможным они как раз привыкли иметь дело, — прокомментировал Леспок. — Значит, это правда. Думаю, нам не стоит ни на что соглашаться, пока не осознаем последствия своих решений. Если дающий что-то получает, то что теряет получающий?
Брови принцессы сдвинулись, когда она снова сосредоточилась на яниках.
— Получающий получает меньше, — сказала она, наконец. — Отдающий — больше.
— Странно, — вставила Ночь.
— Насколько больше и меньше? — уточнил Леспок.
— Не намного. Зависит от личностей. Те, кто много отдаёт, со временем могут превратиться в гигантов. А те, кто много берёт, напротив, уменьшаются вплоть до полного исчезновения.
— Тогда давайте делать выбор осторожно, — сказал фавн. — Если нам нужно слиться с местным народом, а заклинание Кэтрин не работает… — Он сделал паузу. — …Способны ли они нам помочь? Это выглядит невозможным.
— Способны, — подтвердила День.
— В таком случае мы примем от них три вещи: возможность стоять на поверхности под нужным углом, синий цвет и действующую завесу мрака. Не думаю, что нам понадобится что-то ещё. В конце концов, таланты принцесс никуда не исчезли — значит, и наша личная магия останется при нас.
— Они сделают это, — сказала День.
Яники сомкнулись вокруг четвёрки, и внезапно каждый из путешественников поменял окрас и наклон. Яники тем временем слегка подросли — а гости, наверное, чуточку уменьшились.
Леспок вытащил жестянку с заклинанием и пробудил его. Яники потеряли к ним интерес, рассредоточившись по полю в поисках вкусной травы. Значит, завеса мрака снова действовала.
Они осмотрели друг друга. Новый наклон не казался странным, поскольку они уже привыкли к нему на примере яников. Но цвета заинтересовали путников куда больше. Красные волосы Дня теперь отливали лазурью, а её прежде белое платье — аквамарином. Чёрные волосы Ночи сменили оттенок на тёмно-синий, платье стало сапфировым, а кожа — небесно-голубой. Кобылка Ромашка красиво светилась ультрамарином. Леспок приобрёл дымчато-синий оттенок где-то посреди общей гаммы: верхняя половина торса — светлее, нижняя — темнее, копыта густо-синие.
— А мы неплохо смотримся, — улыбнулась День. Зубы блеснули металлически-голубым.
— И теперь вписываемся в обстановку, — согласилась Ночь. — Совсем хорошо.
— Пока да, — кивнул Леспок. — Но из-за событий на Птеро мы знаем, что здесь живут и злодеи, а полную их мощь не знаем. Вот почему я посчитал, что анонимность нам не помешает.
— Теперь, когда мы её получили, что будем делать дальше? — спросила Ромашка.
Леспок ощущал неловкость за самостоятельное принятие решений, но теперь они стали его работой, поэтому пришлось снова поломать голову.
— Нам надо отыскать источник полос. Думаю, синие должны происходить из этой области Пирамиды. Может, из центра.
День наклонила голову.
— Звучит разумно. Тогда давайте двигаться к центру. В какую сторону идти?
Ночь опустилась на корточки и коснулась земли.
— Нам туда, — указала она направление.
— Тебе подсказывает маршрут сама земля? — удивился фавн.
— Я могу рассказать о любом неодушевлённом предмете что угодно. Земля к ним относится. Поэтому я просто выборочно поинтересовалась центром этого места. И он находится там.
— У вас, девушки, и в самом деле, достойные таланты, — с уважением сказал Леспок. — Я и не подозревал, насколько полезными они могут оказаться.
Ночь посмотрела на День.
— Он нас ценит. Ты смутишься или я?
— Сейчас моя очередь, — хихикнула День. Её кожа стала такого же оттенка, как волосы.
Леспок не мог понять, взялись ли принцессы снова за свои поддразнивания, и решил не уточнять. А то вдруг снова заставят краснеть. Их помощь была неоценимой, и всё же сестрички могли передумать и вновь начать озорничать.
Путники направились в центр синего треугольника. Вскоре они подошли к водоёму. Он располагался на склоне горы под таким же углом, как и поверхность земли, но больше их это не удивляло, ведь теперь они и сами шли под этим углом.