Я превратил одно из своих «щупалец» в острую клешню и потянулся к ближайшему канату — получится ли обрубить? Откат, конечно, будет, но энергию одного единственного якоря мои щиты поглотят без вреда для себя.
Вот моя новая невидимая конечность сомкнулась на канате, но успела перерезать его лишь наполовину — из каменного слоя вылетели потоки силы и понеслись к клешне — зацепить, разорвать. Отдернуть ее я успел лишь в последнее мгновение. Потоки, не найдя обидчика, ненадолго замерли, а потом обвили выбранный мною канат в месте пореза, «заживляя» его.
Однако…
Мне вспомнились слова Теагана о том, что даже Церкви во всей ее мощи будет трудно раздавить клан Энхард. Да, о защите корневых земель мои предки позаботились очень хорошо. Просто подними барьеры — и никто из чужаков, какими бы сильными магами они ни были, уже не пройдет.
Но если верить услышанным сегодня слухам, даже эта защита не показалась моей сестре достаточной. Значит, была в барьере некая уязвимость, и она полагала, что я сумею эту уязвимость использовать.
Я несколько раз прошелся вдоль барьера, размышляя. Сестрица, конечно, знала теорию магии лучше, чем я — она-то память не теряла. Возможно, эту самую уязвимость можно было найти при помощи рунной магии либо чего-то еще, чем я тоже пока не владел.
Как я понял, Церковь собирала подробные досье на каждый клан. Возможно, в церковных архивах хранилась информация и о барьерах клана Энхард. Время все это изучить у меня будет, возможность тоже…
Стоять у барьера и дальше было бессмысленно. Я заставил себя направиться назад, но, пройдя десяток шагов, остановился.
В прошлом моя кровь оживала, но при этом продолжала мне подчиняться. Вдруг то же самое получится сделать и с магией? То есть — отделить ее часть, заставив действовать самостоятельно, и ею продавить барьер? Тогда, если прямой связи со мной не будет, то и защитная реакция барьера на меня не подействует.
Я вытянул из резерва максимальное количество силы и придал ей форму морской волны — это получилось так естественно, словно я делал подобное каждый день. А потом резко перерубил все связывающие нас нити. Теперь я не ощущал эту волну, как не ощущал прежде своих кровавых пауков. Но мог ли при этом командовать?
Я отдал приказ — и волна пошла на барьер. Значит, командовать мог.
Барьер вновь засиял. Я даже увидел несколько отдельных мелких вспышек — но теперь за волной магии не стоял человек, на которого могла бы подействовать защита, а саму волну так легко отбросить не получалось.
Барьер, все еще светящийся, начал прогибаться. Сперва едва заметно, потом больше и больше. Волна силы вдавливалась все глубже, вот только барьер продолжал гнуться, а не ломаться. Как я ни всматривался, не заметил ни единой трещины, словно бы барьер был создан из магической разновидности каучука.
Вздохнув, я дождался, пока волна моей силы полностью себя не исчерпала, в итоге оставив в барьере огромную вмятину. Но едва давление волны ослабло, как вмятина начала выгибаться назад — барьер восстанавливал изначальную форму. Действительно, как магический аналог каучука.
Да уж, предки постарались на славу! Спасибо им, конечно, только вот в корневые земли тайно мне не проникнуть.
В последний раз разочарованно посмотрев на барьер, уже почти полностью вернувший свою форму, я развернулся и пошел назад.
К тому времени, когда я приблизился к конюшне таверны, уже начал сгущаться вечерний сиреневый сумрак, однако было еще достаточно светло, чтобы я, завернув за угол, сразу разглядел троицу Достойных Братьев — двое моих новых знакомых из таверны и еще один, судя по крою формы, из младших командиров.
Ждали все трое явно меня, и, похоже, не для того, чтобы поведать что-то приятное.
— Доброго вам всем вечера, — произнес я любезно, но мою вежливость не оценили.
— Кто ты такой? — рявкнул младший командир.
— Я же рассказал…
— Иерарх Теаган находится в Обители! — оборвал он меня и продолжил, похоже, больше для убеждения рядовых Братьев, лица которых все же выдавали их сомнения, чем для меня. — Два дня назад магистр Семарес отправил нам точкой воздуха послание и объяснил, что его приезд задерживается из-за помощи, которую он должен оказать своему племяннику — то есть иерарху Теагану!
О какой помощи тут шла речь я не очень понимал, ну да неважно.
— Два дня назад мы с Теаганом и были в Обители… — начал я, но младший командир опять меня перебил.