Семарес молчал.
— И тот воин, который передал Рейну сверток — он ведь из моей охраны. Я помню, как он говорил, что по ротации ему ехать на Границы только следующей осенью. А два дня назад вдруг заявил, что всё перепутал, что его ротация уже начинается и нужно торопиться… Он хотя бы жив? Или его ты тоже приказал убрать?
Потянулась долгая пауза. А потом Семарес как-то сгорбился и тяжело вздохнул.
— Он жив. Его я не приказывал убивать.
Эти слова были все равно, что признание. Значит, точно. И спорить с Теаганом он ведь не пытался; ни спорить, ни оправдываться.
Получается, сейчас я смотрел на своего несостоявшегося — или всё же состоявшегося? — убийцу.
Внутри у меня черной волной плеснул гнев.
Но нет. Не сейчас. Успеется.
— Дядя, зачем? — маска Теагана пошла трещинами, и за ней я отчетливо различил отчаяние. И оно же звучало в его голосе. — Ты… Ты ведь должен был понимать, что преднамеренное убийство носителя дара этера не сойдет с рук даже старшему магистру. За такое будет не только лишение титула, но и залы Бьяра, и хорошо, если не пожизненно! Или… Или ты ожидал, что я покрою твое преступление? Притворюсь, что ничего не видел, ничего не понял? Так?
— Нет, — тяжело проговорил Семарес. — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы этого ожидать.
И мое чутье подтвердило — действительно, милости от племянника он не ждал.
А вот насчет того, что действительно планировал сделать Теаган, я уверен не был. При всех их разногласиях, к своему дяде он был привязан. Всё же тот фактически заменил ему отца. Мог он действительно закрыть глаза на то, что узнал? Разговор ведь этот он повел без свидетелей, под защитой рун от подслушивания…
— Зачем? — повторил Теаган, перебив мои мысли. — Ты так и не сказал мне, зачем. Рейн ведь не делал тебе ничего дурного.
— Да причем тут я? — Семарес поджал губы. — Мне он не опасен. Опасен он тебе.
— Мне?
— Не притворяйся. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю.
— Ты решил его убить только из-за слухов? — недоверчиво спросил Теаган.
— Это не просто слухи. Мои люди проверили — он действительно родня Таллису.
Хм… Как интересно…
— Проверили? Как? Вам что же, удалось сравнить их кровь? — в голосе Теагана звучало недоверие.
Семарес поморщился.
— Нет, конечно. Я еще не настолько свихнулся, чтобы пытаться добыть кровь Таллиса.
— Тогда обычные косвенные свидетельства…
— Их магия показывает родственную схожесть! — перебил Теагана Семарес. — Пусть степень родства по магии не определить, но сам факт налицо.
Магия? Хотя мне тут же вспомнилось, что именно благодаря сходству магии стало известно о нашем с Кастианом родстве. Возможно, проверка, которую использовали люди Семареса, была похожа.
И, кстати, Теаган удивленным не выглядел.
— Ты знал, — проговорил Семарес обвиняющим тоном, тоже это заметив.
— Естественно, — Теаган на мгновение отвел взгляд.
Вот ведь какой скрытный — мне об этом он ничего не сказал!
И, значит, что получается? Семарес, услышав слухи, которые специально распускались людьми Теагана, решил это дело проверить. Проверил. Убедился, что я Таллису действительно родня, а значит, теоретически могу претендовать на место наследника верховного иерарха. А убедившись, решил меня убить.
Однако я отлично помнил уверенность Теагана в том, что Семарес только обрадуется, если его племянник перестанет быть да-виром.
— Ты же говорил, что власть меня только испортила! — воскликнул между тем Теаган, будто прочитав мои мысли. — Что было бы куда лучше, если бы Таллис меня не выбрал! А теперь что, ты решил убрать моего потенциального соперника? Это… это абсурд!
— Да, испортила! Говорил и снова повторю! — не менее горячо отозвался Семарес. — Но прошлое изменить невозможно. Ты уже больше десяти лет как да-вир. И, думаешь, я не вижу, как для тебя это важно, как ты живешь этим? Но дело в другом. Неужели ты веришь, что можно просто перестать быть наследником верховного? Что с такой должности уходят живыми?
— То есть что, Рейн стал бы да-виром и убил бы меня?
— Нет. Сперва бы убил, а потом бы стал.
Да уж, всегда интересно узнать, как выглядишь в чужих глазах. Я мысленно вздохнул. И ведь Семарес верил во всё, что говорил. Ни слова лжи я от него пока не услышал.
— По-твоему, он настолько властолюбив? — спросил Теаган.
— А разве нет! Сколько он пробыл в Обители? Неделю? И уже начал активно вмешиваться, начал отдавать приказы — будто бы у него есть такое право! Теаган, ты ведь не слепой — ты тоже это заметил.