– Да, господин Содэрик!
– Мы, вероятно, немного задержимся. Оставайся в своём укрытии и не показывайся снаружи до нашего возвращения, поняла?
– Да!
– Если тебе нужна будет еда или вода, попроси об этом роботов, что остались с тобой.
– Хорошо, господин Содэрик.
Я не знал сколько времени займёт наше путешествие в графство Дойтс и баронство Ортрикса, но надеялся, что за сутки мы управимся.
Мы направлялись на запад, в сторону, где должно находиться соседнее графство. Баронство Ортрикса располагалось на юго-восточной стороне Дойтса, соседствуя с графством Арвилин. Именно поэтому барон и был одним из главных военачальников, вторгшихся в Арвилин со своим войском.
Некоторое время мы провели в полёте, и, наконец, достигли западных границ Арвилина, и впереди как раз должны появиться земли барона Ортрикса. Я сообщил об этом Инсаэлии.
– Мы уже возле его земель?! Хорошо-хорошо.
Тон у неё был зловещий, как у карикатурного злодея из сказок, который приготовил какую-то подлость главным героям.
Когда внизу под нами появились владения Ортрикса, Инсаэлия начала действовать. Мы увидели пограничные заставы, воины на которых были одеты иначе, чем арвилинские, и всюду можно было видеть гербы и флаги Ортрикса и графства Дойтс. Инсаэлия резко пошла на снижение, я и роботы последовали за ней.
Пролетая над заставами, она активировала лучевое оружие и с воздуха расстреляла заставы, к её атаке присоединились и роботы. Воины на заставах были испепелены на месте, строения, шатры, укрепления и обозы охватило пламя. Инсаэлия и роботы также запустили несколько снарядов, и на заставах прогрохотали взрывы.
Разобравшись здесь, мы полетели дальше. Инсаэлия уничтожала все заставы, что попадались на пути. Когда под нами стали появляться деревушки крестьян, живущих на землях барона, Инсаэлия решила не щадить и их.
– Они все виноваты в произошедшем, – сквозь стиснутые зубы проговорила она. – Всё это чёртово баронство, и всё это проклятое графство! Эти чёртовы крестьяне ни в чём не виноваты? А жители Луговицы были в чём-то виноваты? Эти крестьяне хотят жить? Люди из Луговицы не хотели жить?!
Она обрушилась сверху на первую же встречную деревушку и поступила с ней так же, как с пограничными заставами. Запустила снаряды и атаковала лазерами с неба, роботы активно оказывали ей поддержку. Крестьяне бегали, кричали в ужасе, раненные вопили от боли, крыши домов охватило пламя, строения взрывались. Инсаэлия зловеще хохотала, зависнув в небе над поселением, и расстреливала всё, на что падал взор.
Покончив с одной деревушкой, она полетела дальше. Встретила новую – уничтожила и её. Ещё несколько деревень – и их тоже спалила дотла вместе с жителями.
Мы продолжали лететь на запад, углубляясь в баронские земли. Некоторое время спустя вдалеке показался замок самого барона.
– Отлично! – воскликнула Инсаэлия. – Это замок Ортрикса?
– Да, – ответил я.
– Ха-ха-ха-ха-ха! – засмеялась она как сумасшедшая ведьма из сказок.
От нетерпения она ускорилась и помчалась к замку как стрела. Мы с роботами поспешили за ней.
Вокруг замка находилось несколько деревень, а также был разбит военный лагерь. В лагере кипела жизнь, туда-сюда сновали люди, можно было видеть множество солдат, многие облачены в доспехи, на телегах развозили вооружение и амуницию, всюду боевые флаги и знамена с баронским гербом или символом графства. Похоже, шла подготовка к новому походу – вероятно, барон планировал отправить солдат к замку Арвилина, где шла осада. То есть: раньше шла осада. Больше её там нет, ведь мы с Инсаэлией истребили все три лагеря с солдатнёй и бригадами наёмников.
– Уничтожим их всех! – радостно воскликнула Инсаэлия.
– Да! – поддержал её очень весёлым тоном, будто его позвали на праздник, Камень – при чём он произнёс эту реплику сразу из нескольких динамиков разных роботов, из-за чего сложилось впечатление, будто воскликнула целая толпа. Камень сделал разным роботам различные голоса, тембр – кто-то тонко пискнул, кто-то мощно пробасил, кто-то металлически проскрежетал…
И мы все вместе обрушились на военный лагерь близ замка барона и на деревушки. Мы запускали с воздуха взрывные снаряды и атаковали лучевым оружием. Деревенские дома и шатры в лагере загорелись, люди начали бегать и верещать, походя на муравьёв в разворошённом муравейнике, смертоносные мощные лазеры прошивали тела насквозь, игнорируя любую экипировку. Снаряды – Камень называл их «ракеты» – пущенные в дома, заставляли те взлетать на воздух и взрываться салютом, разбрасывая во все стороны куски стен, крыш, обломки мебели… и частей тел погибших при взрыве людей.