– Вперёд! – сказал Камень. – Нам предстоит проделать большой путь, друзья, так что давайте не медлить и двигаться поживее!
И мы направились прочь из развалин и взяли курс туда, куда указывал навигатор на экране шлемов.
Стояла ночь, в небе мерцала россыпь звёзд. Ранее я дивился незнакомым созвездиям в мире ииташи, не узнавал ничего и сейчас, в этом мире. Целая вселенная, подумать только! Мы переместились в отдельную большую вселенную. В ней множество галактик, миллиарды звёзд, миллиарды планет… Некоторые миры были освоены Ва’эллемпир, потом брошены, другие могут быть обитаемы до сих пор какой-то местной формой жизни, и Ва’эллемпир никогда даже эти планеты не посещали и не знают о них.
В этой вселенной могут быть планеты и целые звёздные системы, где живут существа похожие на нас, людей. Существа, похожие на Ва’эллемпир. Существа, похожие на ииташи. Технологии, похожие на Камень. В этом бесконечном разнообразии и постоянном перемешивании атомов может возникнуть и мой двойник, и двойник Инсаэлии, они могут проживать жизни, похожие на наши – или проживать другие варианты жизней, которые стали недоступны нам, когда мы сделали тот или иной выбор в прошлом.
Возможно, на одной из планет в этой гигантской вселенной живёт местная Инсаэлия – и она никогда не встретилась со мной. Возможно, там живёт и мой двойник – и он никогда не встретил Камень…
И такие же варианты возможны и во вселенной ииташи. И во вселенной, предшествующей миру ииташи. И в том мире, куда мы с Камнем отправились в самый первый раз – где я встретил женщину в чёрном…
Порой, думая о таких вещах, и впрямь начинаешь впадать в мистику, начинаешь верить в слова Камня о том, что существует некая «судьба». Существует ли Бог или боги? Существует ли душа? Если в разных вселенных могут существовать двойники – то как быть с сознанием – у каждого из них своё индивидуальное сознание? Или общее на все тела? Сознание локализовано в теле, является продуктом работы мозга – или оно существует где-то в другом месте? Если я встречу своего двойника из другой вселенной – как мне к нему относиться: он это я, он это версия меня, или мы два разных независимых существа?!
От всех этих размышлений я чувствовал головокружение, и решил прекратить этот поток странного бреда. Нет смысла обо всём этом думать, это всё – какая-то поэзия и фантазии, не более. Наверное?!
По небу плыли облака, и когда одно из них двинулось в сторону, открывая спутник этой планеты – нашим глазам предстало удивительное зрелище.
– Ого! – вздохнула восхищённо Инсаэлия.
Кошколюди тоже поражённо воскликнули.
На небе мы видели луну – но не целую, а надломленную. Как край старой чашки, на котором образовался скол. Рядом со сколотой луной в небе плавали обломки – множество маленьких каменных кусочков. И луна, и отколовшиеся от неё куски – все они светились, как полагается спутникам планет в ночи, отражая свет местного солнца.
– Потрясающе! – сказала Инсаэлия.
– Да, потрясающе, – вздохнул я, соглашаясь. Но потом задумался о том, что могло послужить причиной такой странной аномалии.
– Здесь шли ожесточённые бои во время великой войны, говорю же, – сказал Камень, будто предвидя мой вопрос заранее. – По местной луне угодили из какого-то мощного космического оружия – и потому она и стала такой, друзья.
Сейчас это выглядело, как фантастическое и красивое зрелище – но вряд ли кому-либо захотелось бы находиться на этой планете в тот момент, когда луну разрушили. Вероятно, многие осколки полетели на поверхность планеты – и поразили многочисленные города и базы обитавших здесь Ва’эллемпир и каких-нибудь иных разумных рас, типа ииташи. Вероятно, на поверхности планеты гремели страшные взрывы, огромные территории охватывал огонь, менялся уровень моря, громадные волны затапливали континенты, разломы плит и землетрясения стирали сотни и тысячи населённых пунктов…
Мы продолжали путь, постепенно продвигаясь по маршруту на карте в наших шлемах. Дорога предстояла не близкая – за сутки-двое мы точно не доберёмся до назначенной цели. Было бы проще, если бы мы активировали лётные устройства – но каждый раз, когда кто-то поднимал эту тему, Камень категорически выступал против.
Мир вокруг всё так же напоминал пустыню, и кроме незнакомых созвездий на небе и расколотой луны, ничто не говорило о том, что мы находимся на другой планете и в другой вселенной – пустыня на нашей Земле выглядела так же. Я никогда не бывал в пустыне, но слышал рассказы о ней и песни бардов, а также видел изображения. Вокруг всюду были песчаные холмы, которые, кажется, назывались «барханы», местность была однообразной, никаких примечательных объектов не встречалось – кроме изредка попадавшихся витых каменных столбов – поэтому без навигатора и карты здесь легко можно было заблудиться.