Мира, где верят в богов, в колдовство, где властвуют суеверия, где считают звёзды далёкими маленькими светлячками, небо – полусферой, Землю – плоским блином, а солнце – небольшим сияющим шаром, что движется по небу-полусфере с востока на запад. И конечно же – молитва излечивает от болезней, а сами болезни рождаются от дурного глаза или наших грехов, отягчающих душу.
Мы осмотрелись. Помещение, в котором мы находились, было громадным. Стены поднимались высоко вверх, пространство вокруг было настолько огромным, широким, что буквально наваливалось на нас, придавливая своей масштабностью.
– Чёрт побери! – сказал я.
– Ух ты… – вздохнула Инсаэлия.
Я, конечно, уже видел нечто подобное раньше, когда посещал другой замок, но это было почти два года назад. Да и не успел я особо привыкнуть к тому замку – мне пришлось покинуть его в тот же день.
Стены вокруг были обиты панелями под дорогое дерево, но обивка покрывала лишь половину высоты стен. Выше стены были покрыты каменной плиткой с шахматными узорами – чёрно-белыми ромбами – а ещё выше стены плавными, скруглёнными сводами переткали в потолок, своды украшала изысканная лепнина из белого мрамора. Впрочем, неизвестно, настоящие ли тут были дерево, мрамор и всё остальное – я вполне допускал, что у Древних были собственные материалы, отличные от известных нам, лишь похожие на них внешне.
Камень рассказывал, что с наукой Древних было возможно и искусственно создавать нужные материалы, подделывать их, делать имитацию, и даже создавать материалы, которые могут менять свои свойства по желанию владельца. К примеру, каменный предмет превращается в металлический, тот превращается в дерево, затем превращается в стекло. Звучит невероятно, но Камень убеждал меня в том, что такое и впрямь возможно – он пытался объяснить, как это происходит. Что-то связанное с частицами – мельчайшими песчинками, из которых состоит вся материя, как говорил Камень.
К стенам крепились статуи, изображающие существ, очень похожих на людей, но людьми не являющимися – у существ были остроконечные уши, длинные волосы, вытянутые лица, миндалевидные глаза – кажется, без зрачков. Существа были обнажены – среди них были и мужчины и женщины, из чего можно было сделать предположение, что Древние – а это были, судя по всему, они – были двуполым видом. Что ж, не так уж и много между нами отличий.
– Это и есть Древние? – спросил я у Камня.
– Да, это они, – тяжко вздохнул Камень.
– Они так сильно похожи на нас?! – удивился я.
– Не так уж. Они были высокие, и кожа у них была серой и очень гладкой, глянцево отливала на свету. И посмотри на строение их черепов.
Я пригляделся внимательней. Головы были не только вытянуты, но и слегка искажены. У Древних были очень высокие лбы, длиннее чем у людей. Именно поэтому, наверное, из-за удлинённых лбов, их лица казались вытянутыми.
Также я заметил, что Древние были довольно худыми – у всех скульптур торчали рёбра, на лицах выпирали скулы, щёки казались впавшими, мускулатура рук была развита слабо, грудь у всех женщин была маленькой.
– Вот к чему приходит любая высокоразвитая раса… – трагично объявил Камень.
– Ты о чём?
– Тела их дряхлеют и теряют свою изначальную, вложенную природой, функциональность. У женщин пропадает грудь. У мужчин хиреют руки – и не только. Доминирующее положение начинает занимать лишь голова – мозг – и пальцы рук.
Инсаэлия усмехнулась.
– Какая трагедия – у женщин исчезла грудь!
Мы с Камнем сурово посмотрели на неё. Хотя, конечно, у Камня не было лица… и глаз… и ничего подобного он сделать не мог… но мне показалось в тот момент, что чувства его и реакция были такими же, как у меня.
– Конечно, это трагедия! – возмущённо сказал я и погрозил пальцем, подчёркивая важность своих слов.
Инсаэлия лишь молча с усмешкой смотрела в ответ.
Статуи выполняли роль колонн, но колонн декоративных, вделанных в стены для красоты.
Пол под нами был украшен чёрно-белыми плитками, составляющими шахматный узор. В помещении было прохладно и пахло как в месте, которое давно не проветривали – воздух спёртый, затхлый.