Анзуах опустился на одно колено и склонил голову, другие члены группы сделали так же. Робот выступил вперёд, поднял руку над головой Анзуаха и сказал:
– Хорошо. Мы, владыки этого Замка, признаём вас нашими слугами. Отныне племя Ва’элла-Досаэрия находится под нашей властью!
На лицах наэкэрата проступило выражение облегчения. Они счастливо переглянулись, посмотрели с удовлетворением на нас и роботов, вздохнули.
– Спасибо, спасибо, господа из Замка! Спасибо!
Они принялись неистово благодарить и кивать, а Камень их остановил.
– Ладно-ладно, хорошо. Теперь можете возвращаться в своё поселение. Мы наведаемся к вам на днях. Пока живите как жили, делайте что всегда делали. Расскажите всему племени о встрече с нами. Завтра-послезавтра мы посетим вас.
– Да, господа из Замка, как скажете, господа! – бесконечно кланялись счастливые наэкэрата, и пятились к воротам, через которые пришли, не смея поворачиваться к нам спиной.
Когда они исчезли за громадной створкой, и могучие врата за ними закрылись, по внутренней связи раздался вздох облегчения.
– Фу-у-ух, ушли, – сказал Камень.
– Какие странные существа, – заметила Рункис. – Они похожи на тех, которых изображают на статуях в Замках, няу.
– Видели, как они были счастливы, когда мы признали их своими слугами? – весело спросил Камень. – Я же говорил, друзья, служить господам из Замка – вложено в них на уровне инстинкта. Если нет господ в Замке, которые повелевали бы ими, наэкэрата испытывают печаль, тоску. Им тяжело жить без господ. Их такими создали.
Инсаэлия вздохнула.
– Сплошные издевательства над живыми существами…
– Да, – сказал Камень. – Ва’эллемпир творили что хотели и лепили из окружающей материи всё, что вздумается. У них не было никаких моральных ограничений, их власть была бесконечна. Они жили как боги. А технологии и наука были волшебными силами этих богов. А у богов – своя собственная мораль, простым смертным её не понять.
Я приобнял Инсаэлию и подтянул к себе.
– Давайте возвращаться в Замок, – сказал я.
Вечером, когда Камень объявил общий сбор на роскошный ужин в пиршественном зале, произошло кое-что неожиданное.
Мы с Инсаэлией прошли по длинному коридору, добрались до трапезной, вошли в неё, когда Камень – потолок и стены помещения – вдруг испуганно закричал:
– А! Дружище Содэрик! Здесь враг! Скорей, убей его!
У меня на поясе в тот момент висел меч в ножнах – Камень как раз часом ранее создал его на замковом заводе и передал мне, чтобы я оценил и попрактиковался с ним. Костюма на мне не было, Инсаэлия тоже была без доспехов. И без оружия. Мы были, можно сказать, у себя дома, так что не было причин ходить в Костюмах и носить оружие. А ещё в тот момент с другого конца помещения в трапезную как раз вошли Рункис и Хэйсанка.
Враг, о котором оповестил Камень, стоял в одиночестве посреди трапезной. Сначала я подумал, что это один из наэкэрата – местных жителей. Однако, приглядевшись, я сразу понял, что перед нами был… Ва’эллемпир!
Настоящий Ва’эллемпир!
Длинные белые волосы, сероватая кожа с серебристым отливом, роскошные чёрные одежды и алый плащ за спиной. Остроконечные уши. Миндалевидной формы глаза, сплошные, золотистого цвета. Вытянутая высокая фигура и удлинённое лицо.
Увидев, как мы входим в залу с двух сторон и услышав крик Камня, Ва’эллемпир вздрогнул. Он выглядел растерянным и принялся тревожно озираться. Мы услышали шум в коридоре позади нас – похоже в залу спешили роботы.
– Убейте, убейте его, друзья! – вновь крикнул потолок.
– Слушаюсь, господин Тин-Тао-Тхоль, няу! – отозвалась Рункис. У неё тоже при себе в тот момент имелся короткий меч. Выхватив его из ножен, кошкодевочка метнулась на незваного гостя.
В руке у Ва’эллемпир возник белый предмет, по форме напоминающий пистолет. Чужак направил его на кошкодевочку, и тут уж я бросился на него с другой стороны, обнажая меч на бегу. Я громко затопал и закричал, чтобы привлечь внимание Ва’эллемпир, не дать ему выстрелить в Рункис. Он обернулся на шум, растерянно уставился на меня.
– Асаишар! – крикнул он.
Он направил дуло оружия на меня, но вдруг сместил его в сторону, и я понял, что он целится в Инсаэлию, оставшуюся позади.
– Не смей, гад! – взревел я.
Я перехватил меч как копьё и метнул в Ва’эллемпир, не давая ему возможности выстрелить. Он отскочил в сторону, уворачиваясь от броска, затем резко развернулся и выстрелил в Рункис.
Кошкодевочка бежала, петляя, так что попасть в неё было сложно. Она увернулась от какого-то светящегося шарика или сгустка, который вылетел из дула орудия Ва’эллемпир, и сгусток полетел в Хэйсанку, стоявшую позади. Сгусток походил на маленькую шаровую молнию.