Я тоже чувствовал лёгкую скуку, но жаловаться не спешил. Что лучше – жить в одиночестве в унылой местности – но будучи всемогущим, наслаждаясь роскошью, благами и вечно продлевая свою жизнь и молодость (Камень обещал это) – или прожить обычную жизнь обычного невзрачного человека, без особого богатства и власти, мелкого середнячка, состариться и сдохнуть – но зато в своём родном мире, среди людей и знакомой тебе природы?
Вопрос сложный – но только на первый взгляд. И не для меня.
Для меня тут нет никакой дилеммы. Конечно же, первое лучше, в миллион раз лучше, два этих варианта – просто несравнимы, ибо первый превосходит второй с гигантским, непреодолимым отрывом. Нет никакого здравого аргумента, который мог бы перебить могущество и власть, блага, богатство и роскошь, вечную молодость и – самое главное – бессмертие. Нет никакого аргумента против вечного продления жизни и молодости, ничто не может быть важнее этого.
Более того – повышу ставки и скажу: миллионы людей не могут быть важнее вечной жизни одного человека – если судить с позиции этого самого человека. Ничто не страшнее смерти, твоей собственной смерти, а не чьей-то чужой, и ничто не ценнее бессмертия, твоего собственного бессмертия. Со мной несогласным может быть лишь дурак и тот, у кого не было такой возможности как у меня – возможности выбирать. Выбирать бессмертие.
Легко смеяться над бессмертием, романтизировать смерть, «геройскую смерть», «смерть с честью», романтизировать самопожертвование, смириться со своей смертностью, хрупкостью своего тела, старением… – когда у тебя нет выбора.
Но что если выбор появится? Кто в здравом уме выберет немощь, болезни, старение и смерть – когда есть возможность выбрать другое?!
Ничто, никакая ценность, никогда, не перебьёт бессмертие! Вечная жизнь – высочайшее благо. Это аксиома. Это постулат!
Глава 10. Крысы
Настал день, когда, облачившись в костюмы, собравшись с духом, мы решились спуститься на подвальный этаж.
Спуск находился прямо в полу, проход был закрыт могучей плитой. Если что-то и обитало там внизу – в замок оно пробраться не могло. Камень отодвинул плиту, и перед нами открылся просторный проём и ступеньки, ведущие во тьму. Мы уже начали спуск, как вдруг Камень остановил нас:
– Э, нет, дружище Содэрик, ты должен оставить меня здесь, чтобы я и дальше продолжал управлять замком. Если ты спустишься со мной, экранирование разорвёт мою связь с замком.
Я уже и забыл, что Камень – настоящий Камень – это не потолок и стены, обращающиеся к нам, не парящая в воздухе голограмма, а амулет, всё это время висевший у меня на шее. Я снял его и положил на пол возле входа в подвал. Перед тем, как мы продолжили спуск, к нам подъехал робот на колёсиках, держащий в руках какое-то устройство.
– С помощью этого прибора я смогу установить связь с подвалом, – сказал Камень. – Вам нужно найти подходящий для него слот и вставить туда, а потом включить.
Понятные инструкции и наглядные изображения того, как выглядит нужный слот, как вставить в него устройство и включить, Камень загрузил в наши костюмы, и теперь у нас перед глазами, на стекле шлемов, сбоку возникли маленькие экраны с изображениями и видеозаписями.
Мы переглянулись с Инсаэлией, подбодряюще кивнули друг другу и начали спуск.
Ступеньки вели во тьму, в неизвестность. Мы спускались довольно долго, пока, наконец, лестница не закончилась. Наши шлемы были снабжены фонариками, а также функцией ночного зрения и тепловизором. Мы решили воспользоваться фонариками, мощные лучи вырвались из шлемов, освещая пространство перед нами.
– Камень, ты нас слышишь? – спросил я, но ответа не последовало. Понятно: связь с Камнем уже оборвалась.
Неподалёку от лестницы мы увидели несколько отключившихся роботов – видимо, это были те, которых Камень отправлял ранее и с которыми потерял связь. Один из них, забравшийся дальше остальных, в странной искорёженной позе валялся на полу, а вокруг были разбросаны детали и целые куски его механического тела, будто вырванные из него. Возможно, на робота кто-то напал.
– Как думаешь, что здесь может обитать? – тревожно спросила Инсаэлия.
– Да что угодно.
– Могут ли здесь расти монстро-цветы?
– Не знаю, – я посмотрел на пол – он был из прочного материала, неизвестного мне: вроде каменный, а вроде нет – и вряд ли растения смогли бы пробиться через эти добротные толстые плиты.
Мы продолжали двигаться по подземелью, и оно казалось бесконечным. Перед нами разворачивались гигантские просторы, и мы поняли, что размеры подземелья были такие же, как у любого этажа замка – по нему можно бродить сутками, так ни разу не повторив прежний маршрут.