Мы направляли лучи фонарей на все, заинтересовавшие нас, машины, стены, надеясь найти нужный слот для устройства, что дал Камень, но пока нам не везло.
Мы продолжали блуждать во тьме, и в какой-то момент услышали писк. Обернувшись, мы увидели существо похожее на крысу – размером оно было с приличную собаку. Тварь бросилась от лучей света во мрак и исчезла.
– Ты видел это? – воскликнула Инсаэлия.
– Видел.
– Какой кошмар!
Мне вспомнился рассказ Камня о том, какие существа населяют подножье нашей горы. Цветы, сказал Камень, и громадные звери, похожие на крыс и кротов. Они плохо видят, сказал он, но имеют отличное обоняние и слух. Может, они и плохо видят, но явно не являются полностью слепыми – иначе крыса не испугалась бы света фонарей, она бы его просто не заметила. И ещё, говорил Камень, их кожа адаптировалась к кислоте.
Я напомнил об этом Инсаэлии, и она с тревогой спросила:
– И что это может значить для нас?
– Может оказаться, что у крыс прочная кожа, которую просто так не пробить.
– Это неприятная новость, – сказала она и, достав меч, начала суетливо и настороженно озираться.
Мы продолжили путь, держа оружие наготове и внимательно осматриваясь. Кроме той крысы мы никого не встретили, но знали, что подобные существа живут стаями, и вряд ли эта тварь здесь обитала в одиночестве. В пути нас постоянно сопровождали звуки – шорохи во тьме, шлёпанье лап по полу, писк. Самих крыс мы не видели, но, судя по звукам, их было немало, и они сновали всюду вокруг. Они за нами наблюдали и двигались следом, таясь во тьме.
Долго так продолжаться не могло, и, наконец, крысы набрались храбрости и напали на нас. Двое здоровенных тварей резко выскочили из тьмы и бросились на Инсаэлию. Атака застала её врасплох, девушка взвизгнула и упала на пол, крысы навалились сверху. Они тут же принялись царапать когтями и вгрызаться зубами в её броню, но никак не могли её повредить.
– А! Содэрик! – вскрикнула Инсаэлия. – Спаси!
Одним прыжком я настиг крыс, беснующихся на Инсаэлии, сделал два взмаха мечом, и две окровавленные туши свалились на пол.
– Ты в порядке? – я подал ей руку, она ухватилась и рывком встала на ноги.
– О, боги, какая мерзость! – захныкала она. – Какие они жуткие! Ты знаешь, я даже слышала скрежет материала костюма, когда они пытались прогрызть его.
Мы вместе посмотрели туда, где крысы грызли костюм, и увидели… вмятины и царапины!
– Так, – сказал я, подавив волну страха, на мгновение охватившую меня. – Дела плохи. Позже надо будет обсудить с Камнем вопрос прочности костюмов.
– …если мы доживём до следующей встречи с Камнем, – простонала Инсаэлия.
Мы встали спиной к спине. Широкие лучи света выхватывали из темноты оскаленные пасти и злобные блестящие глаза. Из каждой пасти торчали по два крупных резца сверху и снизу – уродливые, кривые, некоторые обломаны. Крысы окружали со всех сторон.
Твари бросились на нас. Мерзкие серые тела, облезлые, с розоватой и желтоватой кожей в месте проплешин, покрытые кровоточащими струпьями и ранами. Луч фонаря выхватывал белёсые подслеповатые глазки, уродливые морды.
Завязался бой. Я отскакивал в сторону, когда тварь прыгала на меня, и рассекал её мечом прямо на лету и отшвыривал прочь, будто в руках у меня бита, и кто-то кидал мне мячики, которые нужно отбивать. Инсаэлия заметила мою тактику и тоже взяла на вооружение – хотя получалось у неё хуже, ведь в технике и опыте она мне уступала.
Мы бегали по помещению, а толпа крыс – будто живой речной поток – носился за нами, норовя сбить с ног, вгрызться в ножные доспехи, взобраться на нас. Твари мерзко шипели, пищали, угрожающе вздыбливали шерсть, и снова и снова бросались на нас, а мы рубили и отшвыривали их без счёта.
Кроме меча в бою пригождался и экзоскелет костюма. Я предпочитаю одноручное фехтование, поэтому вторую руку использовал как самостоятельное оружие, сбивая крыс кулаком на лету или встречая прыгнувшую на меня тварь локтем в морду. Или, когда очередная крыса пыталась взобраться на меня, я хватал её за спину или горло и, благодаря силе экзоскелета, мог так крепко сжать кулак, что ломал шею или хребет. Ноги тоже шли в дело – я от души пинался и топтался, и крысы отлетали, как мячики, или превращались в кровавые туши с переломанными костями под моими ногами.
Я снова услышал крик Инсаэлии и повернулся на звук. На девушку набросилась целая груда, лезли по спине, некоторые уже забрались на плечи, одна зверюга вцепилась когтями и зубами в шлем и быстро-быстро точила своими резцами. Инсаэлия дёргалась и металась из стороны в сторону, раскачиваясь и пытаясь сбросить с себя мерзких тварей.