Для этой мелодии даже были придуманы стихи, и флейта здесь играла роль вокала, имитируя пение. Сама Инсаэлия петь стеснялась, поэтому однажды песню для нас исполнил Камень, сымитировав женский голос. Это было замечательно.
Записи мелодий Инсаэлии Камень ещё и обрабатывал, превращая простую игру на флейте в целую композицию – он добавлял множество инструментов, новые партии, усиливал одни инструменты, ослаблял другие, усиливал флейту, делая в отдельных местах акценты и улучшая звучание, а иногда он добавлял к музыке посторонние звуки окружающего мира – шелест листвы, звуки дождя, журчание ручья, пение птиц. Всё вместе превращалось в настоящие концерты, которые Камень проигрывал нам в Замке. Музыка лилась сразу со всех сторон – Камень располагал «динамики» по всему помещению вокруг нас, и казалось, что ты находишься посреди выступления живого ансамбля, окружающего тебя со всех сторон, да ещё и на природе, в лесу.
В Замке мы много времени проводили в садах, оранжереях, в цветниках на балконах и на крышах, распивали там вино и прочие напитки, ели холодные сладости, которые создавал для нас Камень (одно из них называлось «мороженное»), любовались цветами и слушали пение местных птиц.
– Как же хороша наша жизнь! – сказала Инсаэлия.
Я кивнул.
– Как счастлива я – говорю в очередной раз, дурёха – что встретила тебя и Камень и отправилась в это путешествие! Ах! – она блаженно вздохнула, подставляя лицо тени, падающей от ветвей дерева в саду на одном из наших балконов. – Все наши прежние перипетии стоили того, чтобы оказаться здесь.
Камень создал для нас бассейны во внутреннем дворе Замка, и мы могли купаться в них в жаркие дни. Рункис продолжала жить с нами в Замке, но старалась редко попадаться нам на глаза – она то ли стеснялась, то ли у неё было обострённое чувство субординации. Она действительно воспринимала себя нашим верным слугой. Кошкодевочка полюбила проводить время в бассейне в жаркий период, но посещала его когда нас с Инсаэлией там не было.
Однажды, когда мы наведались к озеру, Инсаэлия напомнила о том, что мы запланировали ещё с зимы:
– Мы хотели поплавать тут на лодке, не так ли? Я хорошо помню, Содэрик, любимый, тот день, когда мы с тобой встретились, и ту ночь, что провели на пруду. Ты тоже помнишь то наше первое свидание?
– Конечно.
– Тогда мы впервые познали друг друга как мужчина и женщина.
– И это было замечательно.
– Хотя я жутко стеснялась.
– Это было мило. Я заметил.
– Я запомнила ту ночь навсегда. Давай восстановим эту сцену сегодня на этом озере?
– Хорошо. Нужно попросить Камень быстро изготовить лодку и доставить её сюда.
Камень в кратчайший срок сотворил лодку в виде нескольких отдельных частей, а потом летающие роботы доставили их к пруду и там собрали в единое целое. Также он прислал нам вина и закусок. Настала ночь, и мы сели в лодку и поплыли по озеру.
Небо было безоблачным, светила луна, квакали лягушки в камышах, стрекотали сверчки. Природа на этой планете действительно очень походила на земную. Одиноко перекрикивались местные птицы – хоть они и не были соловьями, которых мы слышали в нашу первую ночь, но вполне годились им на замену. Камень решил добавить романтики нашему свиданию и пустил по воде светящиеся фонарики-лодочки.
В ту ночь на Земле наша лодка стояла на берегу, но сейчас мы поплыли по воде. Лодка свободно дрейфовала, мы потягивали зелёное вино, а ещё Инсаэлия не забыла захватить на это свидание флейту – ту самую, старую, с которой она была на Земле. Ту самую, на которой она играла, стоя на холме под деревом, когда я заметил её и направился к ней, чтобы познакомиться.
Мы пили, закусывали, беседовали, любовались луной и прудом, Инсаэлия играла – то же, что в ту нашу ночь на Земле, лодка продолжала спокойно дрейфовать.
Инсаэлия сказала:
– Кажется, прошёл почти год с того дня, когда мы отправились в странствие по другим мирам?
– Да. Камень бы тебя поправил: почти год, если говорить в терминах субъективного времени. Друг Инсаэлия.
Она рассмеялась.
– Как вы с ним познакомились? – спросила она. – Ты никогда не рассказывал об этом в подробностях. Всё время отделывался отговорками, что, мол, расскажешь «как-нибудь потом».
На этот раз уже она изобразила меня, мой тон, когда я отделывался отговорками, и я невольно хохотнул.
– Расскажи, – она просяще заглянула мне в глаза и взяла за руку. – Как ты встретил Камень? Каким было твоё первое путешествие по другим мирам? Я помню, ты говорил, что уже совершал одно путешествие до того, как прийти в Луговицу.